А Верховная Мать Дартиир была безмозглой марионеткой Квентл Бэнр.
Киммуриэль бросил коварный взгляд на Громфа, хозяина Мефила Эль-Видденвельна.
Так это на самом деле или не так?
Глава 18
Рев дракона
Город был построен дворфами в незапамятные времена и до сих пор оставался одной из самых неприступных крепостей на поверхности на всем Фаэруне. Сандабар окружало двойное кольцо стен, а между стенами находился глубокий ров, в котором кишели гигантские плотоядные угри. Приставные лестницы и мостики соединяли позиции часовых, их можно было легко убрать в том случае, если бы враг захватил участок стены, но этого не случалось ни разу за всю историю гордой крепости.
Итак, великий Сандабар выдержал несколько десятков дней обстрела, непрерывных атак орков и других отвратительных монстров, даже несколько нападений белых драконов. Тысяча жителей погибли, три тысячи были покалечены, и еще шесть тысяч получили ранения, требующие внимания целителей, но все целители были заняты. Почти половина из двадцати пяти тысяч жителей Сандабара получила какую-либо рану, и все страдали от голода, потому что припасов становилось меньше с каждым днем.
Огромные пещеры-зернохранилища, расположенные под городом, были открыты, но зерно расходовалось крайне экономно, после того как капитан-рыцарь Алейна Сверкающее Копье из ордена Серебряных Рыцарей, родом из соседней Серебристой Луны, по требованию короля Огненного Шлема приняла командование городским гарнизоном. Разумеется, это было странное и исключительное требование, но причиной ему послужило крайне несчастливое событие: огромный камень, сброшенный драконом, угодил прямо в штаб-квартиру командира сандабарского гарнизона в тот момент, когда там происходило важное совещание. Камень разрушил здание, и под развалинами погибли начальник гвардии Сандабара и большинство офицеров.
Алейна, которой удалось спастись после ужасной катастрофы, известной как битва у Брода через Красную реку, вынуждена была принять командование и выполняла свои обязанности со стальной решимостью.
Она не осталась глуха к крикам голодных, как и король Огненный Шлем, сын Ледяного Шлема, внук Шлема Друга Дворфов; однако Алейна убедила доброго короля в том, что ни союзники, ни соседи не окажут Сандабару никакой помощи. Городу придется держаться до зимы в одиночестве. Защитники надеялись лишь на то, что, когда наступит зима, снег и ледяной ветер заставят орков снять осаду и вернуться на север.
Алейна верхом объехала крепостную стену. Над городом сгущались сумерки; заканчивался шестой день месяца элейнт. Она скакала на великолепном белом жеребце, подбадривая храбрых мужчин и женщин – в основном, людей и дворфов, – которые стояли у парапета. Воительница слегка нахмурилась, но постаралась не выдавать свое недовольство тем фактом, что многие часовые были на самом деле не мужчинами и женщинами, а просто детьми.
Алейна считала, что в эту ночь орки предпримут новую атаку и взберутся на внешнюю стену по кучам трупов. Многие достигнут своей цели, и многие защитники погибнут, пытаясь их изгнать. Осада продолжалась шестьдесят дней; миновала середина лета, наступил девятый месяц года.
Алейна проехала мимо двух своих товарищей из Серебристой Луны – Серебряных Рыцарей, которым пришлось бежать после бойни у Красной реки и скрыться в Сандабаре. Тогда они правильно догадались о цели армии орков. Эльф, Пленеронд Серебряный Колокол, и его спутник из расы людей по имени Дотти встретили Алейну приветственным «хей-хо!» и подняли луки, отдавая салют.
Капитан-рыцарь заметила повязки на руках у обоих – с пальцев сошла кожа оттого, что лучникам приходилось тысячу раз в день натягивать тетиву, – и мрачно кивнула в ответ. Ей оставалось лишь надеяться, что большинство выстрелов попали в цель. В последний раз, поднявшись на городскую стену, она видела труп ледяного великана, утыканный таким количеством стрел, что он скорее походил на огромного дикобраза, чем на гуманоида. По оперению Алейна узнала несколько стрел из колчана Пленеронда Серебряного Колокола.