Он вспомнил о том, как Яковизий с Лексо топтались на месте, споря о том, что считалось истиной, причем споря ничуть не менее ожесточенно, чем об истине как таковой. Да, чтобы преуспеть в городе Видессе, ему необходимо до последней крупицы усвоить все уроки Танилиды.
Поскольку Опсикион расположен у моря Моряков, Крисп надеялся, что зима здесь будет мягче. Но холодный ветер дул не с моря, а с севера и запада – словно привет с бывшей родины, правда, привет малоприятный.
Шло время, и море покрылось льдом настолько толстым, что по нему можно было уйти на несколько миль от берега. Даже коренные жители Опсикиона считали зиму суровой. Криспу же она казалась не просто суровой, а страшной; замерзших рек и озер он навидался вдосталь, но тот факт, что и море может превратиться в лед, заставлял задуматься, уж не содержалась ли доля истины в ереси «весовщиков» из Хатриша. Застывшая ледяная гладь казалась осколком преисподней Скотоса, вылезшей на землю.
Но местные жители воспринимали погоду как должное. Они рассказывали истории о том, как однажды айсберг, пригнанный штормом откуда-то от Агдера или земли Халога, разнес половину доков, прежде чем разбиться о городской волнолом. А эпарх Сисинний послал на скованный льдами север города вооруженные патрули.
– Кого вы тут ищете? Демонов? – спросил Крисп, увидав как-то утром караульных. И нервно рассмеялся. Если замерзшее море и впрямь было страной Скотоса, демонам там самое место.
Командир патруля тоже рассмеялся. Он решил, что Крисп шутит.
– Хуже, чем демонов, – сказал он и, дав Криспу минуту, чтобы переварить услышанное, добавил:
– Хатришей.
– В такую погоду? – Беличья ушанка Криспа была надвинута по самые брови. Толстый шерстяной шарф закрывал рот и нос.
Несколько квадратных дюймов кожи между ними давно онемели.
Командир патруля был закутан не хуже. Дыхание его вырывалось изо рта облаком пара.
– Бери копье и пойдем с нами. Сам увидишь, – пригласил он. – Ты же здесь вместе с шишкой из города Видесса, да? Сможешь порассказать ему кое-что интересненькое.
– Почему бы и нет?
Крисп быстро смотался за оружием и вернулся с копьем и белым щитом. Скоро он уже шагал, спотыкаясь, по ледяной поверхности моря вместе с солдатами. Лед был грубый, более неровный, чем казалось издали, словно волны застыли на бегу, не успев разбиться.
– Держи в поле зрения двоих человек, – сказал командир патруля по имени Саборий. – Иначе заблудишься тут и попадешь… хотя ты и так во льдах, куда уж дальше заблудшей душе попадать?
У Криспа клубами вырвался вздох облегчения: видно, не его одного посещают еретические мысли.
Караульные осматривали окрестности внимательно, но привычно, то и дело обмениваясь шутками и прибаутками. Крисп хмуро трусил посреди цепочки. Поскольку и местность, и такие походы были для него в новинку, все силы уходили на то, чтобы не сбиться с пути.
– Хорошо, что нет метели, – сказал один из солдат. – Иначе мимо нас проскользнула бы целая армия хатришей, а мы бы и не заметили.
– Заметили бы, вернувшись назад, – ответил другой. Первый солдат хихикнул.
Криспу все казалось одинаковым; небо, и замерзшее море, и отдаленная земля – все было сплошь оттенками белого и серого.
Любое цветное пятно, подумалось ему, будет здесь бросаться в глаза за мили. Он не учел лишь одного: каким бесцветным может стать контрабандист.
Если б солдат, шедший слева от Криспа, буквально не наткнулся на лежащего хатриша, они бы его вовек не заметили. И даже тогда, лежи он спокойно, нарушитель мог избегнуть поимки: в белой песцовой шубе он был неразличим на расстоянии двадцати шагов. Но хатриш потерял голову и бросился бежать. А так как бежал он по скользкому льду не лучше своих преследователей, они его скоро догнали.
Саборий протянул руку хатришу, который не поленился даже лицо и бороду вымазать белым гримом.
– Нет ли у тебя, случаем, при себе разрешения на ввоз товара? – вежливо осведомился командир патруля. Хатриш мрачно молчал. – Неужто нет? – почти искренне изумился Саборий. – Что ж, тогда давай сюда товар.
Контрабандист залез под шубу и вытащил кожаный мешочек.
Командир патруля открыл его.
– Янтарь, стало быть? Славно, славно. Ты мне отдашь его весь?
За незаконный ввоз, как тебе известно, полагается полная конфискация.
– Нет у меня больше, чтоб тебя! – хмуро буркнул Хатриш.
– Ладно. – Саборий понимающе кивнул. – Тогда ты не будешь против, если Доменций с Боносом разденут тебя. Если ты сказал правду, они даже отдадут тебе одежду.