Эти праздные размышления помогли Криспу скоротать четверть часа, потребовавшиеся для того, чтобы довести кожу кобылы до ровного блеска. Наконец, удовлетворенный, он погладил ее по морде и пошел к соседнему стойлу.
Только он начал, как услышал чьи-то шаги.
– Крисп! Мавр! – позвал Гомарий.
– Что? – с любопытством отозвался Крисп. Дворецкий Яковизия редко снисходил до конюшен.
– Хозяин зовет вас обоих, прямо сейчас, – сказал Гомарий.
Крисп посмотрел на Мавра. Оба они пожали плечами.
– Работать мешает, – проворчал Мавр. – Надеюсь, нам дадут пару минут, чтобы помыться и переодеться? – Он зажал нос пальцами. – А то вид у меня непрезентабельный.
– Прямо сейчас, – повторил Гомарий.
– Ладно, – согласился Мавр, снова пожав плечами. – Ему же хуже.
Крисп, следуя за Гомарием в дом, гадал, что случилось. Что-то из ряда вон выходящее, очевидно. На увольнение не похоже, иначе его позвали бы без Мавра. Разве что… А вдруг Яковизий прослышал про их роман с Танилидой или про ее видение? Но как он мог узнать об этом здесь, в городе Видессе, если не знал в Опсикионе?
Вместе с Яковизием их поджидал седовласый незнакомец.
– Вот они, Герул, во всей своей… – Яковизий сделал паузу и демонстративно принюхался, – красе. – Он повернулся к конюхам: – Герул – дворецкий его императорского высочества Севастократора Петрония.
Крисп отвесил низкий поклон.
– Высокочтимый господин, – пробормотал он.
Мавр поклонился еще ниже.
– Чем можем служить, высокочтимый господин?
– Служить вы будете не мне, а Севастократору, – не задумываясь, ответил Герул. Сметливый, живой, он излучал уверенность в себе, приличествующую, по мнению Криспа, домашней прислуге Петрония. – Его императорское высочество обещал тебе награду за вчерашнюю смелость, Крисп. Он решил взять тебя к себе конюшим. А тебя, Мавр, Севастократор приглашает из уважения к твоей матери.
Крисп с Мавром разинули рты, а Яковизий мрачно заметил:
– Вы оба должны уяснить, что я никому не позволил бы грабить свои конюшни, кроме Петрония. И даже от него я такого не ожидал.
Но обижаться на Петрония – пустое дело; Севастократор всегда получает то, что хочет. Поэтому идите и покажите ему и его домашним, каких умельцев взрастили в моем доме.
В этом весь Яковизий, подумал Крисп: даже попрощаться не может толком, без похвальбы и самолюбования.
А потом, почти сразу, Криспа перестало волновать то, что внезапно стало прошлым. Служить в доме Севастократора! Он чуть не заорал от восторга. Но заставил себя спросить ровным тоном:
– Дадите нам немного времени, чтобы собрать вещи?
– И помыться! – жалобно добавил Мавр.
Герул даже снизошел до улыбки.
– Ладно. Если я пришлю за вами человека завтра утром, успеете?
– Да, высокочтимый господин.
– Вполне успеем, высокочтимый господин.
– Тогда до завтра. – Герул встал, поклонился Яковизию. – Приятно было повидать вас, высокочтимый господин. – Потом кивнул Гомарию:
– Проводите меня, будьте добры!
– Надеюсь, оба вы, молодые люди, несмотря на свое возвышение, не забудете, чей дом был для вас первым в городе Видессе, – заявил Яковизий, когда Герул ушел.
– Нет, конечно, – заверил его Крисп. Мавр покачал головой. В голосе Яковизия Крисп расслышал нечто новое. Его хозяин вернее, бывший хозяин, – вдруг заговорил с ним как с равным, хотя обычно принимал послушание Криспа как должное. Яковизий никогда не бывал учтив без необходимости. И его вежливость лучше всего доказывала, насколько значителен был визит Герула.
Известие об этом визите достигло апартаментов, где жили конюхи, раньше, чем Крисп с Мавром вернулись туда. Встретили их большим кувшином вина, так что Крисп начал собирать пожитки только ночью. Он быстро упаковался – благо вещей было немного – и рухнул поперек кровати.
– Можешь забросить свой узел на одну из моих лошадей, если хочешь, – сказал ему Мавр следующим утром.
– Они и так перегружены, спасибо. Я справлюсь. – За исключением копья, принесенного с собой из деревни, все имущество Криспа поместилось в большой мешок. Крисп вышагивал взад-вперед, повесив мешок на плечо. – Ну где же посыльный от Петрония?
– Наверное, в таверне, пьет свой завтрак. Когда служишь у Севастократора, кто, кроме императора, осмелится упрекать тебя за опоздание?
– Никто, пожалуй. – Крисп продолжал шагать.