Я снимаю с головы обруч и убираю в поясную сумку.
Гончая летит к двери.
А индонезийцы по одному вырезают всех, кто мог бы защитить британского миллиардера от возмездия. Впрочем, чего это я? Раз он перешёл мне дорогу, защиты не существует.
С кривой ухмылкой я направился к лестнице.
Глава 2
Дом вокруг меня стремительно превращался в склеп.
И если рядовых слуг мы усыпили, то боевики, потенциальный источник проблем, начали умирать. Чтобы видеть общую картину, мне даже ментальные слепки не нужны. Прозрачность решает.
Пока я поднимался по лестнице, один из прыгунов внезапно упал с отравленной иглой в шее. Второй прыгун, решивший покурить на балконе, поймал перо под ребро. Индонезийцы мне нравились — такие же эффективные и бесшумные, как я. Ладно, почти как я.
Охранники, дежурившие на улице, не знали, что в доме творится неладное.
А тем временем во дворе начали умирать водители.
Точнее, водитель. Решил, называется, открыть капот и поковыряться в моторе. Тут же схватил отравленную иглу в бок. Сполз на брусчатку, начал хрипеть и дёргаться. Пришлось сделать плиты двора проницаемыми и организовать человеку достойные похороны.
Второй водитель заглянул на кухню, чтобы чего-нибудь перекусить. Ни одного повара там, естественно, не обнаружилось. Бедняга полез в холодильник, и тут ему накинули удавку на шею. Умер тихо, не успев перейти в режим меты. Для этого ведь нужна концентрация, что проблематично в условиях нехватки кислорода. Едва индонезиец скрылся за дверью, я отправил труп в подземелье.
Матвеич что-то химичил в гостиной, но рассмотреть его было непросто. Человек для себя тоже сварганил модный комбинезон и сейчас ничем не отличался от необъятного кожаного дивана и персидского ковра стоимостью как две квартиры на первой линии Фазиса.
Через Ольгу я получил отчёт:
Блокираторы установлены. Мы сейчас во всём доме перекроем энергетические потоки. Уверен, что это нужно делать?
Я осмотрел ещё раз владения британца.
Сейчас мой каббалист превратит этот дом в ловушку для одарённых. Никто не сможет воспользоваться сверхспособностями. Я больше не смогу менять плотность людей и предметов, видеть сквозь стены, просачиваться в закрытые комнаты. Иезекииль Джонс, потомственный прыгун, не сумеет телепортироваться на «Шоггот», в свою загородную резиденцию или ещё куда-нибудь. Кинетики не смогут двигать вещи, криос никого не заморозит. Прервётся мой контакт с Ольгой и Хорвен.
Всё, что у меня останется — искусство убивать.
Без всякого там читерства.
И да, все каббалистические вставки, кроме аккумуляторных, перестанут работать. И сделано это будет простым нажатием кнопки, у которой сейчас держит палец мой человек.
Как говорится, жребий брошен.
Включай.
Меня отрезало от собственных подчинённых.
Стены и потолки вернули себе таинственную непредсказуемость. Реальность перестала быть для меня удобной и податливой. Я больше не имба. Не могу превращаться в тень или делать бесплотным оружие противников. Если меня убьют — умру.
Что ж, в этом есть своё очарование.
За прошедшие тысячелетия я утратил вкус к жизни. А в этом мире вдобавок обрёл сверхспособности. И вот, знакомая лотерея. Ты или тебя.
Проверяю непрерывную циркуляцию.
Не работает.
Я больше не ощущаю ки.
Прохожу мимо зеркала — теперь меня видно. Потому что иллюзион и комбез Михалыча не функционируют без магической подпитки. Минус ещё одно преимущество. Я больше не часть интерьера, не солидный английский джентльмен, не шкаф и не лестничное ограждение. Я — пятнадцатилетний пацан. С тростью в руке, которая ничем не отличается от обычной палки. Разве что лёгким, едва заметным изгибом. Меч, которым я пользуюсь, ковали вьетнамцы. Поэтому рукоять не выглядит, как рукоять. Гарды или цубы не предусмотрено. А вот лезвие… я ещё не встречал материала, который оно не могло бы разрезать.
Оказавшись на площадке второго этажа, я замер.
Прислушался к звукам дома.
Между прочим, я теперь и слух не могу усилить.
Тишина мне не понравилась от слова «совсем». И если индонезийцы с рептилоидами умеют перемещаться бесшумно, то мистер Джонс подобными навыками не обладает. И он, по логике вещей, уже должен заподозрить неладное.
Поднимаюсь ещё на пару пролётов.
Лестница, ведущая на мансардный этаж, совсем узкая. Кажется, стены можно зацепить плечами, если ты достаточно развит физически. Ступеньки крутые, деревянные. Вот только ни одна дубовая половица не скрипнула под моей ногой. Навыки не пропьёшь.