Выбрать главу

-- Выспалась? – с лёгким акцентом спросил он.

Софи, слабо улыбнувшись, кивнула.

-- Далеко ещё? – крикнула она, надеясь пересилить сторонние звуки.

Ветер начал трепать её волосы. И не будь они заплетены в два торчащих рыжих хвостика, от причёски не осталось бы и следа.

-- Не знаю. Ты спала часов пять, -- прокричал в ответ Том.

-- А что видно впереди?

-- Трава. Много травы. Не знаю, раньше не было столько травы. Раньше на предгорье она была невысокая.

-- Так мы спускались шесть месяцев назад. Она выросла, как и везде, -- предположила Софи.

-- Нет. Раньше это были невысокие виды трав. Просто, похоже, трава из степей разрослась и поднялась на предгорный склон.

-- Может, мы просто сбились с пути? – предположила Софи, слегка беспокоясь.

-- Не-ет. Не волнуйся, -- Том усмехнулся. – Мы идём по колее от наших возов. Они впереди минутах в пятнадцати от нас. А Антонов с пути не собьётся. Потерпи. Скоро доедем до леса.

София вздохнула и опустилась в повозку, задёрнув полог. На ветру хоть было свежее, но некомфортно. К тому же Софии показалось, что она начала зябнуть.

«Либо это горный воздух уже распространяется здесь и становится холоднее, либо это я простудилась, и меня лихорадит, -- подумала она. – Глупости, -- сама себя одёрнув, отсчитала София. – Это просто нервы. Я очень перенервничала. Надо попить и поесть».

Она огляделась и в полутьме заметила, что Саня проснулся и задумчиво смотрит в потолок.

-- Ты как? – осторожно спросила София Митичко.

Ей было всё ещё неловко перед ним.

-- Думаю, -- не спеша ответил Саня. – Всё-таки здорово прошёл выезд.

-- Да, -- не зная, как реагировать, отозвалась София. – Тебе не жаль того, что осталось в Долине?

-- Поедим? – вместо ответа, Митичко приподнялся на мешках.

-- Да, было бы здорово, -- обрадовано отозвалась Софи. – Очень пить хочется. Не знаю, где у вас тут что. Я вас не объем?.. Всё-таки, я внеплановый пассажир, -- она улыбнулась и затем опять, осунувшись, померкла.

-- Не-е, -- рассмеялся Саня, вставая.

Он был высоким. И ему приходилось не только нагибать голову под пологом, но и чуть пригибаться.

-- Не переживай. Еды у нас с Томом с запасом. Хватит на месяц. Конечно, это не сравнится с запасами у Геннадича, -- хохотнул Саня. – У того под попой прямо полный вагон урожая по самые борта…

София улыбнулась.

-- А у нас это, -- Саня пнул тюк с лунной травой. – Её жевать не получится – мы же не олени. Зачем она?

-- Она несопоставимо калорийнее того, что везёт у себя Иванов, -- ответила София, переключаясь на профессиональный разговор и отвлекаясь от невесёлых мыслей. – Она энергетически богаче по составу раз в двести всего того, что в первом продуктовом возу. Уникальный источник энергии. Если её переработать, то можно решить массу проблем в масштабах колонии. И пища. И сырьевая продукция.

-- Ладно, -- отмахнулся Митичко. – Надо, так надо. Вы сами там учёные лучше знаете. Разберётесь. Раз полный воз набили, значит, и, впрямь, какая-то прорывная польза будет для нашего города. Вон, минералы. Филиппович за них готов был душу отдать. Полностью забитый седьмой воз. Не взяли. И оборудование в восьмом возу тоже бросили. А вот, лунную траву, пожалуйста. Везём мы с тобой на радость всем. Значит, надо.

-- Минералы – очень тяжёлый воз получился. Я помню, Полозов Михаил Филиппович, обсуждал это с Геннадьевичем. И они обдумывали даже двух червей туда запрячь. Опасались, что один не сдвинет. Даже считали, что двух недостаточно.

-- Много они понимают, -- легко отмахнулся Митичко. – Черви – моя ипостась. И я тебе скажу. Мощнее этих самых многоножек вряд ли что ещё придумано в природе. – Саня нагнулся и расшнуровал большой кожаный баул, доставая оттуда хлеб из лунной муки, олений сыр, два здоровенных помидора.

-- Вот моя Маргарита – одна из мощнейших, -- с гордостью заявил Митичко, расставляя продукты на раскинутое полотенце.

-- Ты дал червю имя? – хохотнула София.

-- Конечно - почти у всех есть имена. Кроме одного из тех, которых пришлось оставить там,.. – Саня помрачнел.

-- А этот, значит, Маргарита? – София постаралась отвлечь его от невесёлых мыслей. – Ты даже знаешь, что он – «она». Так ты говоришь, что она самая крутая?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍