-- В земле, -- как эхо отозвалась Наташка.
-- Точно. В земле, -- спокойно подхватил Колосов. – А тут, представьте, что накатывает это наше адское Явление, «Хмарь», которая выжигает всё и вся вокруг, включая и почвенный слой земли. Полностью уничтожая на корню, как сорняки, так и личинки всех насекомых, которые где-либо попытались появиться. А вместе с ними и всё будущее потомство этих видов. Остаются только растения, которые сумели приспособиться к этой напасти. Глубоким залеганием своих корней или побегов. Или же устойчивым строением к химическому составу «Хмари», как, допустим, наши деревья в лесу. Или лапы и панцири наших многоножек.
-- Ведь уверен. Были и другие деревья, виды кустарников и трав, -- продолжал Андрей. -- Но все они не прошли естественный отбор Хмарью. И вот по весне произрастают и прекрасно развиваются только те виды растений, который прошли этот отбор. Семена которых смогли устоять, прячась в земле. Зато, какое им раздолье. Ни тебе вредителей. Ни тебе сорняков. Единственное, с кем им приходится соревноваться, это только самим с собой. Вот и вымахивают высокие травы с прекрасной жирной и питательной начинкой. Которые содержат уйму полезных веществ и энергии. Привлекающей стада пасущегося скота. Энергии настолько богатой полезными веществами, что даже животные с плотоядным рационом питания переходят на растительную пищу в эти периоды.
-- А как же лес? – переспросил Ситхов. Было видно, что все с интересом, чуть ли не раскрыв рты, слушали, как вещает Колосов.
-- Что лес?.. Лес… Ну, как я уже сказал, в лесу удержались только те деревья, которые имели устойчивую структуру к Хмари. Хмарь же со своей стороны выступала для этих деревьев чистильщиком – устраняя конкуренцию с другими видами -- неустойчивыми. А также вычищая лес от гнилья и больных упавших стволов. Ведь как мы убедились – мёртвое, срубленное дерево ни секунды не устоит при контакте с Явлением. Сгорит к чертям свинячим.
-- Собачим, -- буркнула Наташка.
-- Но. Лес, это нечто большее, чем просто куча деревьев одного вида растущих вместе. Это целый полезный симбиоз взаимодействий между множеством животных и растительных видов. И с гибелью этих неустойчивых к Хмари, но полезных для симбиоза видов, стали чахнуть и сами устойчивые к Явлению виды. Веками жившими и получавшими выгоду от этого симбиоза с прочими формами. Так вот выжили только те виды деревьев, которые выпестовали у себя следующую способность. В моменты наступления Хмари, о которой они получают информацию за целый сезон на биохимическом уровне… Так вот к моменту наступления Хмари, эти растительные формы – деревья, умудряются бешено ускоренно выращиваться или попросту произрастать на свободных пространствах между корнями своих взрослых собратьев, тесно закрывая собою бреши между таких же деревьев.
-- И что это даёт? – спросил Антонов.
-- Это даёт то, что действие Хмари вязнет на этих стволах. Ей нечего дальше выжигать. А между стволами её продвижение замедляется без должной подпитки. Тормозятся эти внутриземельные процессы, неизвестные нам, переворачивающие целые пласты земли. Возможно, корневая таких деревьев этим процессам не по зубам. Как результат, данные деревья, затормозив наступление Хмари, спасли для себя и весь лес, с кучей полезных видов, находящихся с ними в симбиозе. Вот так я вижу причины зарастания Тракта в лесу.
-- Здорово, -- восторженно проговорила Наташка. – А почему этого не происходило раньше? Ну, Тракт ведь впервые зарос за четырнадцать лет.