-- Уезжай! – крикнул он в сторону повозок.
Несмотря на расстояние и крики в самих возах, казалось, Антонов услышал Прокопа. Он развернул своего червя и повёл платформу на север, разрезая Долину, как зелёный пирог, следом примятой травы. За ним потянулись остальные возы.
-- Поторопись, Саня! – гаркнул Иванов. – Хмарь на подходе!
Митичко, подсадивший Софью с сумками на платформу, побежал к лежбищу. Там среди высокой травы возвышалось четыре конусообразных холма, покрытых бурыми пластинами. Подбежав к одному из них Саня подцепил где-то снизу приготовленный заранее трос. После чего что есть силы пнул куда-то туда же. Так как с первого раза ничего не произошло, Митичко нанёс ещё пару ударов ногой, после чего снизу взметнулись вверх метра на три сначала две многосуставные чёрные ветви-антенны. И почти сразу же за ними развернулись в стороны и вверх две пары здоровенных, размером с Саню каждая, толстых жвал-челюстей. Они раздвинулись по типу клешней, и Саня отскочил назад. За ними вверх приподнялась часть подножия пластинчатого холма и превратилась в гигантскую уродливую сегментную голову. Тут же весь холм пришёл в движение, раскручиваясь и разворачиваясь в чудовищного размера многоножку. Перебирая волной многосуставных ног, червь стремительно направился вон из Долины, безошибочно держа курс прочь от зелёного тумана, который уже взметнулся в каких-то трёхстах метрах над травами, полностью скрыв их в жёлто-изумрудной мгле. И если бы не натянувшийся в сторону трос, который держал в руках Митичко, животному бы это удалось. Вместо того, повинуясь управлению кордом, червь изменил траекторию и отклонился от курса.
-- Саня! Время! Давай, родной! Она уже здесь! – прокричал Иванов, проносясь в платформе на своей упряжке в опасной близости от разбуженного червя.
-- Прокоп Геннадич! Уезжайте! Вы мешаете! – гаркнул в ответ Митичко, мастерски с ходу заворачивая по дуге червя и сразу пуская его прямиком в направлении ловушки платформы, на которой Том и София спешно поднимали и фиксировали последний из бортов.
Убедившись, что червь идёт в правильном направлении, Саня бросился наперерез к платформе. Но борта уже оказались поднятыми. Понимая, что вперёд на козлы управления он не поспевает, Митичко подбежал к заднему борту, подпрыгнул и уцепился за него руками. Тут же через борт перегнулись София с Томом и помогли ему залезть внутрь. И через какой-то миг, их с силой бросило к заднему борту от толчка – червь прошёл в ловушку и, облачившись в упряжечный доспех, рванул платформу за собой.
С трудом поднявшись, не замечая ушибов, Митичко поспешил вперёд платформы, где уселся на импровизированные козлы. Он, тут же перехватив вожжи, плавно направил червя, устремившегося до этого на восток, в сторону скрывшегося последнего обоза с Геннадьевичем – на север.
Только сейчас пассажиры последней шестой платформы расслышали кроме шума ветра и травы, звуков воза и топанья червя новый звук – жуткий шипящий и булькающий. Одновременно откуда-то из части Долины, скрытой хмарью, шёл странный нарастающий гул, напоминающий звук приближающегося издалека поезда. Они бросились к борту и глянули вниз: вся почва под их платформой была уже затянута плотной клубящейся ярко-зелёной субстанцией, стелящейся по земле. Первая волна «хмари» добралась до лагеря раньше зелёного тумана. Всё, чего касалась субстанция, начинало почти мгновенно жухнуть и тлеть на глазах. Курясь и выделяя тот самый жёлто-зелёный туман, как отличительную черту хмари. Высокие в рост человека сочные травы за секунды оседали и с шипением превращались в грязно-бурую вязкую жижу, с бурлением растекающуюся в стороны и смешивающуюся с ярко-зелёной. Вдали раздался грохот – рухнула ветряная вышка, её деревянный остов тлел и дымился жёлтым дымом. Они проезжали лагерь. То там, то там оседали сараи и палатки, без пламени горели изгороди опустевших загонов для скота. Весь лагерь превращался вместе с долиной в наползающую с запада субстанцию, заволакивающуюся жёлто-зелёным дымом. Хмарь накрыла летнее поселение.
Наблюдая за жуткой картиной, София закрыла лицо руками. Сквозь пальцы обильно текли невольные слёзы.
-- Всё… Всё, что в течении шести месяцев было сделано. Труд сотни людей… Учёных с большой буквы… Всё… Все открытия, наработки,.. – всхлипывая, бормотала себе под нос она.
-- Главное люди живы, -- с мало-заметным акцентом принялся утешать Том, обративший внимание на девушку, осторожно и неловко поглаживая ту по спине.