София продвигалась туда, куда вело её чутьё. То тут, то там возникали какие-нибудь ориентиры, которые мнительный мозг девушки пытался воспринимать и расценивать, как значимые, ранее видимые.
На самом деле она продвигалась, фактически, наугад. Ибо найти два одинаковых дерева или два похожих места в лесу – раз плюнуть. София интуитивно чувствовала это. Но думать, что она узнаёт местность, было легче. И добавляло надежды.
Через час монотонного крадущегося вышагивания по лесу в полной тишине девушку слегка утомило. Будучи человеком рациональным, аналитически во всём ищущим толкование и научное зерно, София, наконец, призадумалась, куда же всё-таки она идёт. И как быть в дальнейшем, если всё же принять за данность, что она заблудилась.
«Ладно, -- подумала она, пытаясь заставить себя успокоиться. – Мы двигались на север. Туда же был проложен и тракт. Иванов съехал с тракта на русло реки налево. Следовательно, назовём это «запад». Я очень надеюсь, что они «севером» окрестили полюс, который, подобно земному, также расположен к сторонам восхода и захода, если смотреть на них из северного полушария Земли… Тогда. Мы съехали с тракта на ту же реку направо. Значит это будет «восток». Значит, если мы в северном полушарии… А насколько я помню данные по планете и месте приземления, то так и есть… То Светило… Назовём его «Солнце», должно вставать на востоке и садиться на западе».
Она выдохнула, упорядочивая в голове мысль, соображая, как её применять.
«Теперь мне надо вспомнить, в какую сторону я побежала от реки, -- продолжила София измышления. – Река, река… Река у нас протекает поперёк, т.е. с востока на запад… Ан нет. Мы двигались от тракта по реке. И попали колёсами в каверну, которую намыло перед скалой. Значит, река текла в направлении нашего движения от тракта. Значит, река текла, наоборот, с запада на восток… Та-ак. Далее. Я слезала от жука по левому борту повозки. И бежала в лес, не пересекая реку. Значит, я бежала на… Север…»
Размышляя, София поднырнула под торчащую разлапистую корягу.
«Ни реку, ни тракт я не пересекала. Если предположить, что и река, и тракт тянутся относительно прямолинейно, и то, что реки здесь встречаются не так часто… То мне надо двигаться на юго-запад, и я упрусь либо в реку на юге, либо в тракт на западе.
Раз река течёт с запада на восток, то по реке я пойду против течения, как бы она не петляла, и она приведёт меня к тракту. А по тракту… Тут сложнее. Если я пойду по нему направо. То есть, на север, то если я сильно отклонилась и вышла выше того места, где перевернулся третий воз, то я своих так и не встречу. Разве что, они меня догонят в случае удачного стечения обстоятельств. Поэтому мне нужно будет лучше идти налево по тракту, на юг, вплоть до пересечения с рекой. От этого пересечения я опять могу повернуть и пойти по тракту назад – на север. Там через какой-нибудь километр должен быть третий воз, который, скорее всего, ещё не подняли. Митичко говорил, что до него им дорогу прогрызать двое суток. А значит по тракту пешком – минут пятнадцать».
Довольная собой София завертела головой, пытаясь определить по Солнцу стороны света. Но из-за пасмурной погоды сделать это ей не удалось.
Пробурчав себе под нос что-то несуразное о безобразных погодах, которые нынче стоят на дворе, София начала вспоминать правила ориентирования по второстепенным признакам.
«Карта созвездий… Её мы не знаем. До и при таком небе, даже ночью звёзд не сыскать... Муравейники… Так! Минуй нас с их местной фауной от всяких муравейников!.. Мхи на стволах… Чёрт их знают, какие пристрастия у местных мхов и лишайников. Что они ставят на приоритет больше – обилие солнечных лучей или влажную среду неизвестно. А вот с деревьями… С деревьями может пройти. Все деревья здесь по аналогии с земными растениями являются автотрофами. У них такой же хлорофилл в хлоропластах в листьях, которым нужен солнечный свет. Значит, больше веток и листвы они тянут в сторону солнечной стороны. То есть на юг. На это и будем ориентироваться. Только нужно будет искать деревья повыше, растущие не в низинах. И, желательно, не очень тесно».