Да. Пожалуй, это были обезьяны. Слава богу животным не было до Софии никакого дела. Девушка помнила, что на Земле некоторые мелкие виды их, собираясь в стаи, творили различные бесчинства, нападая на людей и даже на крупных хищников. Эти же занимались своими делами. Общались по-своему, чистились, ухаживая за мехом, просто сидели на ветвях или что-то ели.
Последнее вызвало живейший интерес у Софии, которая после весьма скудного завтрака чувствовала неудовлетворённость в желудке. Начинающее перерастать в голод.
Больше всего София опасалась, что приматы едят обычную листву, что, в принципе, вполне ожидаемо, но не несло бы большей ценности для человека.
Но она разглядела, что обезьяны едят какие-то странные зелёные плоды, размером с грецкий орех. Это тут же заставило Софию следить внимательнее. Она оглядела глазами дерево, на котором сидели животные, но ничего похожего растущим на нём не обнаружила. У неё начала уже затекать шея от долгого взирания вверх. Но, наконец, её пытливый нрав был вознаграждён. Одна из обезьян сидела и сматывала в клубок длиннющую верёвку, свисающую вниз. Приглядевшись, Софи поняла, что на этой «верёвке» растут листья, которые обезьяна отшелушивала и сразу скидывала вниз. Но вперемежку с листьями попадались порой те самые «грецкие орехи», которые «макака» деловито отрывала. И тут же сгрызала, не прекращая сматывать клубок.
София закрутила головой и сразу же нашла то, что искала. Целые завеси подобных «верёвок» с листьями тянулись от земли вверх к кронам деревьев. По виду это было что-то сродни земным лианоподобным растениям. Лёгкий и гибкий травянистый стебель местами начинал превращаться в деревянистый. Что было странно, эти стебли не имели достаточной прочности, чтобы расти вверх самостоятельно. Но при этом тянулись от земли до самых ветвей деревьев по воздуху, как плохо натянутые ванты на парусных кораблях. Хотя по представлению Софии, они должны зацепляться своими усиками или присосками за опорный ствол дерева, чтобы достичь такой высоты.
Тем не менее, потянув вниз за такую «лиану», девушка почувствовала серьёзное сопротивление – растение крепко зацеплялось наверху за ветви.
София принялась тянуть и дёргать стебель сильнее. Обезьяны на ветвях забеспокоились. И только когда она почти повисла всем весом на ней, «лиана», наконец, оборвалась и рухнула неаккуратной бухтой к ногам девушки.
При этом обезьяны на деревьях пришли в неописуемое волнение. Они бегали по ветвям взад и вперёд и возмущённо жаловались друг другу пронзительным криком, напоминающим гортанный скрежет.
Удостоверившись, что паника среди приматов, по-видимому, не грозит ей опасным продолжением, София изучила лиану. И обнаружила на ней с десятка два плодов. Не без труда оторвав один, она расщепила зелёную кожуру и увидела желтовато-белую чуть рассыпчатую мучнистую мякоть с четырьмя косточками по центру. С осторожностью девушка попробовала мякоть. И осталась довольна. На по ощущениям это было чем-то сродни перемешанному вкусу злакового спелого пшеничного зерна наполовину со вкусом кокосового ореха. Вполне съедобно и даже вкусно.
Софи съела весь плод, оставив косточки и кожуру. И почувствовала насыщение.
«Что ж. Не будем увлекаться. Посмотрим. Как мой желудок и организм в целом отреагирует на эту незнакомую пищу позже», -- отметила для себя путешественница, обдирая оставшиеся плоды с лианы и забивая ими все карманы.
-- Вот так, -- произнесла София, закончив. – В путь.
Поев и запасшись зелёными «орехами», девушка почувствовала внутри уверенность. И даже похвалила себя за новое открытие. Она шла по подлеску. И теперь во всю подмечала, что подобных «лиан» в лесу росло сравнительно немало. Это радовало.
Ещё часа три София двигалась в нужном направлении, по пути спугнув один раз стаю прыгающих крысоподобных кенгуру. Но когда она проходила неглубокой лощиной, то вдруг услышала сбоку странный звук, похожий на шорох в кустах. Звук раздался метрах в двадцати от неё.
Софи не надо было давать какие-нибудь дополнительные сигналы, чтобы девушка молниеносно прижалась к ближайшему дереву и присела, зорко всматриваясь в направлении шума. Она сидела, не шевелясь минуты две-три, и когда уже стала сомневаться в своих опасениях, звук повторился вновь.