И вдруг, произошло нечто. Две чёрных громады жуков – «божьих коровок» одновременно прервали свой моцион, без замедления развернулись и засеменили прочь с поляны.
Млекопитающие остались на месте. Но все, включая олениху, потеснились вокруг трупа в сторону.
София чуть замерла, лихорадочно соображая, что произошло.
Запах!
Мысль прорезала сознание. Членистоногим запах плеснявой грибницы не просто неприятен. А даже пугающе отталкивающий. Млекопитающие чуют, остерегаются, но более сдержанно.
«Чёрт возьми. Я готова отдать свой ужин на то, чтобы выяснить, что не так с этим запахом, -- пробормотала про себя София. – Я безумная везучая девчонка, когда в момент погони так удачно растянулась лицом в эту пакость и сообразила применять её, как средство для защиты».
«Так. Ну что же. Меня допустили к столу. Не оправдывать приглашение было бы глупо», -- решила София, с замиранием сердца придвигаясь к останкам жука.
Рядом с ней в каких-нибудь двух метрах вздымался и опускался в такт дыхания косматый серый бок жрущей оленихи.
И вновь, как тогда в Долине в первый раз, Софии захотелось зарыться в эту пушистую пышную шерсть руками или обнять животное. Но, разумеется, девушка отдавала себе отчёт, что в этот раз такое неуместно.
От неё ждали действий. Есть из одного котла с трупоедами София не планировала.
«Ладно. Надо хотя бы попробовать, что такое они едят. И насколько это питательно», -- решилась девушка, чуть передёргиваясь от брезгливости.
Слегка нагнувшись, она подцепила двумя пальцами изнутри кусочек зелёного мяса, стараясь выбрать место, куда не доставали ни оленья морда, ни божьи коровки ранее. Задержав дыхание, осторожно отправила в рот.
Пожевала. Прочувствовала. И удивилась. Вкус напоминал варёную креветку.
«Однако», -- София отщепила щепотью большой кусок мяса из под стенки панциря. И тут же по-хозяйски пнула, отпихивая, «волчка», сунувшегося было подбирать падаюшие куски из рук новой возникшей доминантной особи. Волчок шарахнулся обратно к своим. Порядок и уважение были восстановлены.
Жук, на удивление пришёлся по вкусу, не евшей с утра Софии. Утолив голод в весьма необычной напряжённой обстановке, София оторвала огромный кусок мяса и прихватила его с собой. Заприметила и подобрала с земли свою дубинку – на счастье она оказалась с той же стороны от жука, где стояла девушка.
Взвесив дубинку в правой руке и держа кусок мяса в левой, София не спеша повернулась в пол-оборота к присутствующим и начала спокойно двигаться на выход.
«Погостили, и будет, -- подбадривала себя Софи, стараясь не замечать, как напряжены её взведённые мышцы, и как бешено пулемётом стучит сердце в груди. – Только спокойно. Так же невозмутимо. Это мы тут Боги. Это нас надо чтить и уважать».
Отход дался без эксцессов. Звери явно провожали взглядом девушку. Но все видели, что она так же не теряет зрительный контакт с присутствующими. Поэтому все продолжали заниматься своими делами без лишних искушений.
Антонину София, и правда, нашла ещё спящей. Положив рядом с ней мясо жука, Софа задумалась, как быть, если оно привлечёт на запах ещё падальщиков. На этом этапе Тоня проснулась. Она поднялась с постели полностью голая, кутаясь лишь в Софьину куртку.
-- Выспалась? – спросила София.
Та не ответила.
-- Давай оденемся, Тоня, -- сказала София. И, видя, что та не реагирует, подошла и начала помогать одеваться в порванные вещи Антонины. Та не сопротивлялась.
Закончив с одеванием, София дала себе обещание при случае обновить гардероб Тони. Или хотя бы подлатать его.
-- На, ешь, -- опустила она в ладони Антонины добытый кусок зеленоватого мяса.
На удивление, на этот раз проблем с пониманием не возникло.
Когда Тоня закончила есть, София вытерла листьями Тоню от зелёного сока. И нанесла косметический крем.
«Скоро закончится. Надо будет при случае возобновить запас», -- отметила себе девушка.
Подвязав на пояс дубинку лоскутом от Тониной одежды, взяв в одну руку кору, другой поддерживая под локоть Тоню, София повела подругу вверх по течению реки.
По пути они напились воды.
Софи о многом хотела расспросить Антонину. Она понимала, что в таком состоянии с бедной девушкой надо больше разговаривать, чтобы она совсем не замкнулась в себе. Но привлекать к себе разговорами лишнее внимание со стороны Софа не хотела.