-- О… Хорошо, -- одобрил Кругозоров. – А то холодно становится.
Они ещё болтали какое-то время у костра.
-- Ты не устал? – спросила она его.
-- Чуть-чуть, -- сонно отозвался Пётр. – Я чуть-чуть посплю. Давай ты тоже ложись.
-- Ладно. Если тебе что-то понадобится – позови, -- сказала София. – Я ночью ещё раз майку смочу.
Он не ответил.
Ночью, когда София встала вновь намочить майку, Кругозоров был уже мёртв.
* * * 26
Под утро зарядил мелкий дождик. Хорошо, что ночующих сверху хоть как-то закрывал нависающий воз.
София проснулась и с трудом поднялась с лежанки. Всё тело, и особенно спину с поясницей ломило дикой болью. Она вспомнила, как вчера тащила на надрыв Кругозорова до лагеря.
Вокруг была такая сырость, что вся одежда пропиталась влагой даже под навесом.
Тело физика с головой она накрыла ночью его же курткой. Тогда же Софа не нашлась, что делать с ним. Только оттащила чуть дальше от тепла, идущего с нодьи.
Хотелось есть. Последние орехи и припасы они доели вчера за ужином.
Обхватив подтянутые к подбородку колени, София сидела на лежанке спиной к огню, грела спину и сушила на себе одежду.
Через какое-то время заворочалась и села на своей постели проснувшаяся Антонина.
Она медленно сонно огляделась вокруг себя. Увидев накрытый с головой труп Кругозорова, Тоня задержалась на нём взглядом. С минуту смотрела на торчащие из-под куртки ноги, мокнущие под дождём. Потом, внезапно, её глаза наполнились слезами. Антонина уткнула лицо в кулаки и громко зарыдала.
София от неожиданности вскочила с места и подбежала к подруге.
-- Ш-ш-ш, -- обхватив ту за плечи, прижала головой к себе. – Я здесь. Тоня. Я здесь.
-- П… Пе-тя,.. – сквозь плач произнесла Антонина. – Пе-тень-ка… Умер…
-- Да, я знаю, родная моя, -- с болью и облегчением в голосе, быстро зашептала София. – У него не было шансов. Ему не было больно. Он просто уснул, Тоня. Главное, что ты теперь со мной. Главное, что тебе сейчас лучше, милая. Я с тобой…
-- Лучше,.. – как эхо с рыданиями повторила Антонина. – Лучше… Как здесь может быть лучше? Где теперь Мишенька с Антошей? Где мой Вася? Лучше?!.. Ты слышала, как они кричали, когда Мишеньку разорвали прямо на моих глазах, а Антошу за ножку потащили в лес. У меня в ушах до сих пор звенит его крик «Мама! Мамочка!»… Вася… Вася бросился за ним, как одна из этих… перегрызла ему ногу и насела сверху. А я… а я… Я ничего не могла сделать… Я должна была бежать за ними!.. Я должна была… Понимаешь?!.. А только стояла… Я… у меня воздуха нет. Я стою… А дыхания нет… Это они не их рвали… Это они меня рвали! Меня… в лоскуты… Зачем я здесь теперь?.. Почему тут?.. Они там жизнь мою забрали! Мир мой! Муж… Вася!.. Ми-шень-ка… Тоша… А я… я здесь. Помню… Помню меня за руку кто-то тащил в лес. Я не хотела. А меня тащил… А я нужна была там. Им… Моим мальчикам!... а я здесь… Я…
София, заливаясь слезами, с силой прижимала к себе бьющуюся в истерике Антонину. Беспрестанно гладила ту по волосам, по спине, шептала сквозь плач успокаивающие слова, значения которых были совсем не важны. Боль, засевшая внутри Тони и скрытая инстинктами, чтобы спасти рассудок, теперь рвалась и била наружу, как прорвавшийся гнойник.
Прошло время, и выкрики Антонины постепенно затихли… Только всхлипы и слёзы в объятиях Софии.
София была испугана этим взрывом чувств и одновременно поражена тем ужасом и переживаниями, которые выпали на долю Антонины и прочих пассажиров. Девушка опасалась, что Тоня после этой вспышки опять замкнётся в себе. И боялась ту спрашивать о чём-либо.
Но Антонина, наконец, поднялась с лежанки, на которой сидели девушки, всхлипывая, вытерла слёзы, отошла в сторону и справила нужду.
-- Наверное, надо его похоронить? – тихо спросила она Софию.
-- Да. Надо, -- ответила София насторожённо. Она ещё хотела спросить Антонину, как та себя чувствует. Но вовремя сообразила о неуместности вопроса.
Вместо этого София встала, зачерпнула воды из реки деревянной кружкой и подала Тоне.
Та молча и жадно пила.
-- Тонь. На нём есть штаны и куртка, -- осторожно сказала София. -- Я понимаю, что ты… Но на тебе лохмотья. Думаю, тебе надо примерить. Вдруг, подойдут. Иначе совсем замёрзнешь.