На этот раз это было сломанное наверху ветвистое дерево. Скорее, во время последнего урагана. Верхняя часть обломанного ствола с ветвистой кроной опрокинулась, завалившись набок и лежала под наклоном, опираясь сучьями в землю. София, повинуясь своим чудесным инстинктам, с ходу бросилась к этой лежащей на земле верхушке, взбежав по ней на сломанное дерево как по лестнице и балансируя при этом с живой ношей подмышками. София спустилась по стволу на один ряд веток пониже. Над головой у неё было сочленение рухнувшей кроны со стволом, держащееся на части не лопнувших древесных волокон. Разместив на ветках перепуганных Гензеля с Гретель, девушка в два удара перерубила соединение ствола и сломанной верхушки. Верхушка окончательно обрушилась вниз. Едва не задев собой подоспевшую жужелицу.
Как и надеялась Софи, жужелица не смогла осилить подъём на дерево. Жужелица поднялась на задние лапы. И дальше этого вверх жук не продвинулся в своих попытках. Но даже бессмысленность данных заходов никак не сказалась на готовности жужелицы пробовать карабкаться на дерево вновь и вновь.
София, сидя на суку и придерживая с каждой стороны от себя бурсучат, смотрела сверху, как жук, раз двадцать уже опрокидывался на спину. Столько же раз не без труда переворачивался на лапы и снова кидался на дерево, вставая на дыбы в попытках залезть вверх.
-- Однако, при полном отсутствии мозгов, иметь такое недюжинное упорство, вызывает если не уважение, то хотя бы сожаление, -- проворчала София. – Во всяком случае, я тут застряла с барсучатами месяца на два как минимум. Но на крайняк у меня есть еда. Сначала, согласно сказке, я сожру Гензеля – он пожирнее, а потом Гретель. Так, где мой пряничный домик? Я помню – он тоже, вроде бы съедобный.
Она прислонилась поудобней к стволу, прижала к себе с боков «барсучат» справа и слева, которые грели её своими шубками, и приготовилась к длительной осаде.
Постепенно София стала замерзать. Разгорячённость после бега сменилась остыванием при ограниченности движений. Если бы не Гензель с Гретель по бокам с их шубками, девушке пришлось бы совсем худо. А так она не нашла ничего лучшего, как попытаться свыкнуться с чувством холода, погрузившись как бы в отстранённое состояние. И даже смогла задремать.
Проснулась она оттого, что Гензель, очевидно, отчаявшись или от страха начал пытаться забраться на грудь Софии.
-- Нет уж, друг. Этак мы с тобой полетим вниз. Давай сиди лучше сбоку от меня, и грей, как твоя сестричка Гретель. Вот она привались с противоположной стороны и замерла, -- успокоила София неугомонного «барсучонка», возвращая того на сук рядом с собой.
«Всё-таки, они такие лапочки. Так и хочется потискать», -- совсем не вовремя подумала девушка.
Она глянула вниз. Ничего не изменилось. Жужелица продолжала свои однообразные упражнения.
-- Плохо, -- вздохнула София. – Я скоро околею.
И тут, вдруг с удивительным шумом, обрушившимся со стороны, из чащи начали выпрыгивать небольшие существа. София пригляделась сверху. Это были уже известные ей крысоподобные кенгуру. Животные неслись стаей, выпрыгивая откуда-то из-за деревьев, и высокими затяжными скачками пересекали местность под деревом Софии, скрываясь дальше в лесу.
Жужелица, мгновенно потеряв интерес к сидящей на дереве Софии с «пушистыми грелками» под боком, развернулась и побежала в направлении движения скачущей стаи. А крысо-кенгуру продолжали и продолжали выпрыгивать из чащи леса. Животных было много. София наблюдала сверху этот беспрестанный скачущий поток минут пять. Так что у неё зарябило в глазах, и начала кружиться голова. После чего всё внезапно стихло. И под деревом не осталось никого.
Выждав ещё минуту для порядка, София начала спускаться. С учётом своих подопечных это не далось девушке легко. Но всё же она справилась, весьма сильно расцарапавшись о ствол.
-- Ну что, ребята. Давайте тикать отсюда подобру-поздорову, пока ещё не поздно, -- проговорила она, с трудом переводя дух.
Софи решила повести их в свой лагерь, пока ещё не зная, как сможет успокоить «барсучат» при близости воза, битком набитого «Хмарью».
Они шли обратной дорогой. Гензель и Гретель, переваливаясь, покладисто пыхтели рядом. А София понимала, что из всех достижений на сегодня она только пополнила запас орехов. Ну и обзавелась парой новых друзей.