– Земля свободы – сказал Рохо – с тех пор, как шесть лет назад, Хосе Фигерес сверг диктатора и милитариста Теодоро Пикаро. И распустил армию, оставил лишь полицию для охраны порядка, поскольку «мы никому не угрожаем и не собираемся ни с кем воевать».
– Пикаро был ставленником Кальдерона, вождя Национальной Республиканской Партии – заметил Дон Педро – которая представляла из себя странный союз католиков и коммунистов, была правящей с 1940 по 1948. А сверг ее Фигерес, глава Социал-Демократической Партии, кофейный плантатор, но также, истовый приверженец демократии и либеральных свобод, «собственность, семья, церковь, порядок». Смешно, но Кальдерон и Пикаро, считая себя «левыми» и антифашистами – опирались на помощь Сомосы, которого Фигерес во всеуслышание сравнивал с Гитлером. Дон Анастасио в ответ обижался, бряцал оружием – а когда Фигерес победил, то едва не дошло до никарагуанского вторжения, да и сейчас отношения с этим соседом весьма прохладные, включая периодические закрытия границы и таможенные войны. Впрочем, Фигерес к прочим соседям-диктаторам относится нисколько не лучше, с охотой привечая у себя всех борцов за свободу и несостоявшихся «кандидатов на престол». Уже собрал их столько, что верно замечено, ему и армия не нужна – когда есть Карибский Легион, в котором кого только нет – профессиональные революционеры, искатели приключений, политические изгнанники, авантюристы, и просто наемники – никарагуанцы, доминиканцы, кубинцы, гватемальцы, и даже испанские республиканцы, бежавшие из страны после победы Франко, равно как и бывшие граждане стран Еврорейха, «не принявшие коммунистический режим и опасавшиеся репрессий».
– Бумажные солдатики – презрительно бросил Феррер – сражаются за свободу, большей частью, в столичных кабаках.
– В сорок седьмом они пытались свергнуть Трухильо – возразил Рохо – в сорок восьмом, здесь сыграли решающую роль в победе Фигереса. В сорок девятом, были готовы защищать эту страну от никарагуанцев. В том же году, снова выступили против Трухильо.
– И с каким результатом? – насмешливо спросил Феррер – в сорок седьмом на Кубе, Батиста по просьбе Трухильо арестовал их транспорта, тем дело и кончилось. В сорок девятом, лишь окрик из Вашингтона спас Коста-Рику от вторжения армии Сомосы. Вторая попытка против Трухильо также закончилась не начавшись – когда мексиканские власти арестовали зафрахтованные самолеты. К великой удаче для этих картонных вояк – поскольку воздушный десант на чужую территорию, это вещь очень трудная и опасная. Итого, единственно в их активе, это поддержка своего местного покровителя – который считает это воинство своей партийной армией, наподобие того, как уж простите за сравнение, у Гитлера были Ваффен СС, а у дуче – «чернорубашечники». Вот только по реальной боеспособности этим героям, в сравнении с теми, как отсюда до Луны. Впрочем, в этой части света даже нормальные армии гораздо чаще были средством не внешнего, а внутреннего употребления – так что для поддержания порядка, сойдет. Ну а реальная причина, отчего нашего отважного борца за свободу никто не смеет тронуть – это тот факт, что США нуждаются в «скамейке запасных» на случай если какая-то из их горилл-диктаторов зарвется. И судя по тому что тогда в сорок девятом гринго выразили неудовольствие не только Сомосе, но и Фигересу, и даже попросили, правда не слишком настойчиво, распустить Легион… То я бы на месте сеньора президенте не надеялся бы на слишком долгое благословение хозяина, и готовил бы «запасной аэродром» где-нибудь в Европе.
От Пунтаренаса до Сан-Хосе было меньше ста километров – дорога наверх, а затем поворачивала на восток, оставляя слева гряду Центральноамериканских Кордильер. Места были очень красивые – изумрудная зелень лесов, лазурные озера и реки, хрусталь водопадов, белый песок пляжей – и эта дорога, проложенная еще испанцами. Главным богатством страны были эти леса, с древесиной редких и ценных пород – а полезных руд и минералов тут не было вовсе.
– К счастью для Коста-Рики – сказал Дон Педро – если бы здесь завтра нашли например, нефть, то уже на следующий день американский посол сделал бы «предложение, от которого нельзя отказаться», отдать все в концессию. А если бы президент оказался несговорчивым – то его преемник имел бы совсем другое мнение. Но пока что эта страна даже для «Юнайдет фрут» не слишком лакомый кусок – а по мелочи, немного плантаций бананов и кофе. Которые однако, наш герой Фигирес, при всей своей риторике, даже и не пытается отобрать! В отличие от Арбенса…