— Конечно, мы готовы вас послушать, — любезно передает мне эстафету трактирщик.
— Мое почтение всем присутствующим, — начинаю свою речь. — У нас с господином Жинвалем действительно случился спор. Только прошу заметить спор начал сам господин Жинваль. Как человек я его понимаю, он вкладывает душу в свой хирз, заботится о достойном его качестве. Несомненно, ему неприятно слышать, что кто-то может оказаться искуснее его, — трактирщик согласно кивает головой. Зажиточная публика смотрит на меня уже не столь напряженно, ведь я не неотесанный мужлан.
— По велению судьбы я много путешествую по свету. В далеком, забытом создателем углу, я отыскал умельцев, изготавливающих водку. Напиток этот столь редкий и дорогой, что даже у короля при дворе никто о нем не слышал. Для меня не удивительно, что мой соперник тоже в неведении. Если бы ему удалось ранее попробовать сей дивный напиток, его утверждения были бы более сдержанными. К чему я это вам говорю. Мне удалось порталом доставить сюда лишь немного водки. Поэтому в дегустации не смогут участвовать все присутствующие. Предлагаю выбрать группу из примерно тридцати человек, для вынесения вердикта. Я бы рад был видеть в жюри несколько представительниц прекрасного пола, кто готов попробовать традиционно мужской напиток, — у меня даже во рту пересохло от толкания таких речей.
В зале началось оживление, после такой рекламы в жюри попасть хотели все. Трактирщик, не ожидавший такого поворота событий, явно нервничал. Освободили несколько столов, сдвигаем их в ряд. Часть публики остается стоять в сторонке. С небольшими спорами собирается жюри. В группу попали две дамы, пятнадцать состоятельных господ и пятнадцать человек из друзей горцев. Состав полностью устраивал обе стороны, поэтому состязание можно было начинать.
— Уважаемый Жинваль, вам, как хозяину заведения право первой руки.
— Дамы и господа представляю вашему вниманию хирз поставляемый нашу столицу, — официанты разлили напиток по стаканам, перед каждым участником. По предложению хозяина все дружно опрокинули напиток. Большинство удовлетворительно закивали головой.
Я опасался, что знать проголосует по старой дружбе за трактирщика, поэтому придумал ход конем. Когда настала моя очередь, прежде, чем разлить напиток по стаканам, я толкнул речь.
— С радостью сообщаю вам, что сегодня вам выпала огромная честь, — судьи заинтересованно на меня уставились.
— Я направлялся в столицу, для представления данного напитка в столице. Но благодаря случайному спору, вы удостоитесь чести попробовать водку первыми. В дальнейшем я обязательно сообщу ваше беспристрастное мнение в столице, — вот теперь попробуйте меня внаглую засудить.
Прохожу лично, разливаю всем по стаканчику. Один стакан налил трактирщику, пусть оценит. Предлагаю всем выпить, за справедливость.
Трактирщик после стопки водки был очень изумлен. На его лице теперь было не просто беспокойство, там отчетливо читалась паника. Жюри тоже прониклись качеством, богачи даже не пытались меня засуживать. Скорее всего, Жинваль настолько был уверен в своей правоте, что не пытался никого подговорить заранее.
— Дамы и господа, предлагаю вкусить немного прекрасных закусок данного заведения. Через несколько минут предлагаю повторить дегустацию более углубленно, — меня слушают с интересом.
— Для начала, понюхайте напиток, затем, выпив стакан, почувствуйте, насколько мягко он двигается к вашему желудку, как итог оцените послевкусие, — все, теперь трактирщику точно конец.
Теперь прежде, чем выпить народ принюхивался, прислушивался к ощущениям. Мне понравилось, как одна из дам морщила носик, нюхая хирз. Водка пошла на ура. Осталось подвести итоги. По реакции большинства лиц, да после моей обработки, за итог голосования я был спокоен. Так в итоге и получилось, против водки проголосовали только два человека, наверное, друзья трактирщика. На Жинваля было жалко смотреть, его лоб покрылся испариной, лицо стало совсем бледным.
— Благодарю, уважаемую публику за беспристрастный вердикт. У меня осталось совсем немного водки, поэтому для каждого столика будет налито по два стаканчика, на пробу, — толпа одобрительно зашумела.
— Господин Жинваль завтра отправиться к позорному столбу, как и было, оговорено условиями спора, — на трактирщика после такого заявления было жалко смотреть. Посетителям наоборот новое развлечение пришлось по душе, народ еще больше оживился. Думаю завтра весь город "случайно" пройдется мимо позорного столба.