Нашли его перед квартальной сдачей отчёта ЦК КПСС самому себе. Потому как выше него только Создатель был, но его уже послали к едреней фене так давно, что обе стороны друг о друге и не вспоминали уже. По крайней мере,
словами, которые пропускала небесная канцелярия и советская цензура.
Изъяли бухгалтера Бронштейна силами сверхсекретных подразделений суперсекретного отряда-«невидимки», который охранял коридоры ЦК, туалеты и крышу, куда вполне могли скинуть на парашютах агентов ЦРУ.
Нашли его на правом берегу реки Оки в пивной города Кашира Московской области, где он на пальцах обучал новых друзей вершинам бухгалтерии. Ртом он этого делать не мог, да и фамилию свою выговорил только после пыток газированной водой без сиропа и порки книгой «Бюджет страны шестой пятилетки» из пятисот страниц.
Его отмыли, доставили в бухгалтерию ЦК, где выяснилось, что он не помнит слов «отчёт», «балансовая стоимость», «квалифицируемый актив» и даже «корректирующие события после даты баланса». Собрали Политбюро, и Хрущёв посоветовался с товарищами по проблеме отсутствия квартального отчёта, на что коллектив единогласно заржал, а товарищ Косыгин напомнил, что сдавать отчёт некуда и некому. Разве что в Белый дом для смеха.
После чего напечатали приказ «о возбуждении уголовного дела против Бронштейна Микаэла Абрамовича», и суд, чтобы не обидеть хороших людей из ЦК, посадил его всего на семь лет. Вышел Микаэл по амнистии через пару годочков, но даже в тюрьме очень большие люди из друзей з/к не смогли найти лазейку, в которые пролезли бы миллиарды Бронштейна и осели в банках США.
- Живи тут, Михась, - посоветовал бывший главбух НИИ сельского хозяйства и растениеводства из Минска Барсукович, который ободрал казну всего на тридцать два миллиона. - Сделай из бумажек золото и алмазы, закопай их в железных ящиках в деревнях наших республик. В степях, лесах и на побережьях. Пометь погреба настоящими могильными коробами из жести. Оградку поставь, цветы из бумаги повесь и напиши, что тут разбился шофер или мотоциклист. Копать никто не будет. И живи себе. У нас социализм, слава богу, дозволяет покедова творить всё, что захочешь. И людей умных с идеями - девать некуда. А потом на просторы СССР всё одно капитализм придёт. Как бухгалтер бухгалтеру говорю. Всё остальное не для людей. Идеи, патриотизм, слава Ленину. Людям нужны деньги, деньги и очень много денег. Свои заводы, фермы, фабрики, самолёты-пароходы. Прибыль постоянная нужна. Люди - самые жадные звери, Михась. Вот когда капитализм тут поселится - ты и слиняешь в Штаты. И денежки переведешь в любой банк мира легко, как по почте письма шлёшь сестрёнке в Архангельск.
- В Астрахань. Там сестрёнка. Вот только дожить бы, - Бронштейн задумался и запечалился.
- Дотянем. Недолго уже, - подбодрил его коллега из Минска. - Не мы, так дети наши.
Вышел Микаэл на волю 14 октября шестьдесят четвертого, отдохнул неделю, книжки всякие почитал, буквы вспомнил, цифры. Ожил, в общем. И пошел обратно в ЦК. Устраиваться на работу.
Записался на приём к Хрущёву не получилось.
- Съели Микитку свои, - сказал ему на ухо Дерябин. Зам его в прошлом, а теперь главбух. Пишись теперь к Брежневу. Лёню помнишь? Мы с ним гурьбой в шестидесятом в Сибирь летали. На охоту. Перепились, правда. После этого никто в подставного кабана не попал.
Микаэл Абрамович вспомнил и развеселился.
- Пойду запишусь. Примет. Попрошусь к тебе заместителем.
Леонид Ильич долго изучал дело Бронштейна. Курил «Казбек». Одну за другой длинной папироской.
- Троцкий тебе кем был? - воткнул он окурок в круглую пепельницу из красного дерева и взметнул вверх огромные брови.
- Дядя по маминой линии. Но я с ним один раз виделся. В двадцать девятом году провожали его с семьёй в Турцию на Принцевы острова все родственники, - Бронштейн утер пот со лба рукавом и по глазам Брежнева понял, что Троцкого он не любит даже после августа сорокового года, когда Меркадер умертвил его ледорубом.
- Ну, сам понимаешь, в ЦК родичам врага нашей власти места мы не найдём, - Леонид Ильич убрал дело Микаэла в ящик. - Но, учитывая твои заслуги не перед Хрущёвым, а перед партией и народом, посылаю тебя заведующим спецотделением советского Фонда Мира по распределению денежных средств. Должность почётная и ответственная. Фонд Мира помогает безвозмездно всем, кто стоял за мир во всем мире, но пострадал от лихих политических катаклизмов, подлых людей и природных катастроф. И ты там будешь реально правителем. Боря Полевой - писатель и председатель Фонда. Почётный. Условный, так сказать, начальник. Завтра можешь приступать. Машину тебе дам, «волгу» скромную. Зато зарплату большую. Чтоб не воровал. Хватит зарплаты большой? Не будешь воровать?