Я провожал взглядом светло-голубое платьице, пока оно не скрылось среди пёстрых нарядов. Сразу же решил направиться к фигуре Катрины, хоть времени прошло совсем немного. Поболтаюсь, с кем-нибудь поговорю, порассматриваю один из символов праздника. Чем-нибудь обязательно займусь. В любом случае, Лолу придётся ждать не долго.
«Снова невообразимые года! Снова какой-то бред!»
На полпути я почувствовал, как чья-то холодная ладонь легла мне на плечо. Холод тут же распространился на всю руку. Из-за спины послышался нетвёрдый голос.
- Хавьер? Милый, как ты здесь оказался?
Я дёрнулся, отшатнулся в сторону и обернулся. Передо мной стоял старичок в ярком наряде. Он щурился, вытянув подбородок вперёд. Я заметил его серо-синие губы и поднапрягся.
- Представьтесь, сеньор.
Черты лица, как бы размазанные ластиком, показались мне знакомыми. И одежда… Где-то я её видел. Но ничего утверждать нельзя. Страх начал разливаться по всему телу.
- Дорогой, ты совсем не узнаёшь меня? – спросил старичок. В его блёклых глазах я увидел печаль человека, не признанного кем-то родным. – Это же я, твой любимый дедушка. Почему ты здесь?
- Дедушка? – я рвано выдохнул и опустил глаза. Старик врал, точно врал. Совсем недавно я хоронил своего дедушку, собственными глазами видел его тело, видел, как закапываю гроб. Во мне разрослась злость, едкая, перехватывающая дыхание. – Какой вы мне дедушка?! Он мёртв!
Я прошипел так громко, что гости, стоявшие на расстоянии вытянутой руки от нас, повернули свои напудренные лица к нам. Старик махнул рукой, и они нехотя отвернулись. Сквозь стиснутые зубы чувствовался вдыхаемый и выдыхаемый мной воздух; довольно неприятное чувство. На плече снова оказалась холодная ладонь. И я почувствовал, как горячая злость начала остывать. Мне становилось легче.
- Отойдём, внучек, - ласково сказал старик, обхватив свободной ладонью моё запястье.
Поражённый, я послушно последовал за ним. Чувствовал тяжесть в груди, мягкость ног и вялость тела, но следовал, словно старик – единственный важный человек на приёме.
Мы остановились у входа в зал. За моей спиной, в нескольких метрах, находилась фигура Катрины.
- Объясните, что всё это значит, - твёрдо проговорил я и рвано выдохнул. Злость ушла, нарастала тревога. – Вы не можете быть моим дедушкой. Он недавно умер; я видел, как закапывали его тело, я...!
Старик не дал мне договорить: прислонил к моим губам холодный палец, хитро улыбаясь. Тревога и возмущение заиграли во мне.
- Тебе ничего не объяснили, внучек? – ласковая улыбка расползлась на его губах. Я качнул головой, морщась. Что за «внучек»?!
- Никакой я вам не внук.
- Очень даже какой, - старик хихикнул. – Думаю, ты знаешь, что сегодня День мёртвых. И в курсе, какие традиции сопровождают этот праздник, - я кивнул, отстранившись. Хоть пальца больше не было на губах, холод, словно прилипнув, оставался на них. – Многоуважаемые сеньоры, как, например, Фигель, устраивают приёмы для некоторого круга лиц. Но я не понимаю, почему ты, - старик ткнул пальцем в мою грудь, - попал сюда. Или что-то произошло там? – он показал пальцем вниз.
Я сглотнул. Кадык старика тоже двинулся.
- Но ты спешишь на встречу, верно? – мужчина широко улыбнулся, обнажая жёлтые, подгнившие зубы. Кончиками пальцев он огладил тыльную сторону моей ладони, затем сложил руки на животе. – Беги, внучек, беги. Она тебя уже заждалась.
Кивок, поворот на пятках. Я ушёл, не оборачиваясь на старика.
На всех местах, к которым он прикасался, чувствовался неприятный холодок. После жжение. И снова холод. «Неприятно, ужасно, просто отвратительно. Скорей бы прекратилась эта скачка, Господи, Санта Муэрте, Катрина, избавьте меня от этого ужасного ощущения!..» Я широко раскрыл глаза, тяжело выдохнул, ужасаясь. Молитва. Боже, молитва! Я не молился с самого детства, когда бабушка с дедушкой заставляли меня этим заниматься. Плечи дрожали, глаза становились влажными.
Это не он. Я видел тело в гробу, я видел, как его закапывали…
- Хавьер! – испуганно воскликнула Лола, подходя ко мне. – Что случилось?
Она взяла в ладони моё лицо, огладила большим пальцем щеку, по которой тонкой дорожкой скатилась слеза. Я вздрогнул, быстро заморгал. Несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Опустил взгляд и увидел округлившиеся глаза Лолы. Она смотрела на меня, ожидая, когда я что-нибудь скажу.
- Ты слышишь меня? – Лола с нежностью огладила щёку, улыбнулась. – Всё хорошо, спокойно, - её руки опустились на плечи, подбадривающе сжали их. Я растянул губы в благодарной улыбке.
- Да, ты права. Всё хорошо, - сказал я охрипшим голосом. Пару раз кашлянул. – Мне просто показалось, что я встретил здесь своего родственника… а потом понял, что он не может быть здесь по некоторым причинам.