Мама же стояла с высоко поднятой головой и улыбалась, как кинозвезда. А мне казалось, что ещё чуть-чуть и она начнёт крутиться вокруг своей оси и махать всем рукой, как какая-нибудь Одри Хёпберн.
Девочки из моего класса разглядывали меня и поочерёдно переводили свои взгляды сверху вниз и обратно, ну и конечно же не оставляли без внимания Вику. А та задирала свой курносый носик не хуже мамы. Хорошо ещё, что родители не разрешили ей взять с собой хомяка, а то моя линейка превратилась бы в настоящий балаган-шоу. Но как я поняла, она не сильно огорчилась, ведь хомяка отлично заменяла пусть и молчаливая, но такая красивая стрекоза.
Но вот началась торжественная линейка, все первые классы строем прошли по кругу во главе со своими первыми учителями и встали в переднем ряду перед директором, завучами и учителями школы. Нас поздравляли, желали успехов в учёбе, ведь так завещал великий Ленин, который говорил, что ученье - это свет, а неученье - чуть свет и на работу. Ну или что-то в этом роде.
После песен, стихов и пожеланий быть честными, порядочными и не позорить звание учеников советской школы, высокий десятиклассник понёс по кругу первоклассницу на своём плече, которая со всей силы громко звонила в колокольчик и улыбалась. Когда они поравнялись с нами, папа их сфотографировал, потом попросил парня задержаться на секунду и сделал ещё один снимок, чтобы и у него и у девочки были фото на память. Он сразу отдал парню снимки и надо было видеть выражение лица парнишки, когда прямо на его глазах стали медленно, а потом ускоряясь, появляться яркие изображения на странной гладкой бумаге. Потом он чуть ли не вприпрыжку донёс девочку до её места, отдал ей одно фото, а сам помчался к своему классу, где его тут же обступили одноклассники.
А первоклашку окружили родители учеников её класса и когда до них дошло, что есть возможность прямо сейчас приобрести фотографию, да ещё цветную и не бегать по фотоателье, то все моментально повернулись в папину сторону, а он не ожидая такого поворота, очень растерялся. Если честно, то я предполагала нечто подобное, поэтому уговорила его взять с собой запасные упаковки с картриджами.
Когда линейка закончилась и директор объявила, что первоклассники могут идти домой и их ждут только в понедельник, многие дети расстроились, так как имели горячее желание начать свою учёбу сегодня и прямо сейчас. А целая процессия подошла к моим родителям, но мама сразу взяла всё в свои руки и сказала, что специальная бумага очень дефицитная и стоит немалых денег. Поэтому она сразу установила таксу: одно фото - один рубль. Но желающих меньше не стало, к нам даже стали подходить родители учеников из средних и старших классов. А так как в маленький формат картриджа всем классом было не поместиться, то люди стали позировать кто по двое, кто по трое, кто всей семьёй, а кто и по одному. В общем через пару часов от двух с лишним упаковок не осталось и следа и много людей, на которых не хвалило фотобумаги, очень просили папу, чтобы он при возможности тоже сделал им такое фото. А нашу учительницу папа запечатлел с огромной охапкой букетов уже отдельно и с разных ракурсов, в окружении учеников и конечно же подарил ей все фотографии.
А потом моих родителей обступили женщины и стали расспрашивать, где можно приобрести такую одежду и обувь. Мама уже было собралась наобещать им с три короба, но папа быстро пресёк её порыв и ответил им, что это невозможно. Мама конечно же расстроилась, так как ей хотелось, чтобы все думали, что у неё есть блат и она может достать любую дефицитную вещь. Поэтому она обиделась на папу и всю дорогу до дома шла надувшись, ведь её звезда погасла так и не успев даже толком вспыхнуть, ну хоть ненадолго.
А когда мы уже пришли домой и папа с мамой пересчитали деньги, то в шоке уставились друг на друга - там было двести семьдесят рублей. Это при том, что мама в месяц получала двести рублей, а папа двести пятьдесят, но минус фиолетовый четвертак, то получается двести двадцать пять рублей. У мамы заблестели глаза и мне кажется, что я даже услышала, как в её голове заработали шестерёнки, в глазах быстро закрутились цифры, среди которых иногда даже мелькал знак доллара, а завершал всё это звон старинного кассового аппарата. Видимо папа тоже понял её состояние и о чём она сейчас думала.