- Мама! Мама! Весна пришла! На улице пахнет весной!
- Нет Кира, - расстроила меня она. - до весны ещё далеко.
*****
И вот наступил день празднования Масленицы, папа дал нам с Викой по пять рублей, чтобы мы сами смогли купить на ярмарке всё что захотим. Папа был в кожаной куртке модели "пилот", в джинсах и в кожанных ботинках, а на голове у него была зимняя фуражка с откидными ушками, чтобы свои уши не мёрзли. А я, мама и Вика были в пуховиках, у меня фиолетовый, у мамы зелёный, а у Вики естественно розовый и все втроём мы были в дутиках на ногах и в шапочках из ангоры на головах.
Когда мы подошли к месту, где должен был начаться праздник, люди уже вовсю что-то покупали у наряженных женщин с красными щеками, раскрашенными помадой. Дымили мангалы и продавали шашлыки, сильно пахнущие уксусом, мясо которых было совершенно не румяным и на вид было, как варёное или даже недоварёное, так как мужики не могли его даже откусить и тянули зубами изо всей силы. Но ни у кого не было претензий и все были довольны.
Мы с Викой купили по эскимо, а мама с папой по порции блинов и по пятьдесят грамм водки. А так как маме обязательно водку нужно было запить чем-нибудь сладким, но ничего рядом не было, то она взяла и прямо из руки Вики откусила её эскимо, отчего та возмущённо завопила. Недалеко слышалась весёлая мелодия гармошки и какая-то женщина звонко пела частушки. Но тут со всех сторон послышались крики:
- Едут!....Едут!...Едут!
Люди стали быстро расступаться и освобождать пространство для начинающегося представления. Сначала на конях мимо нас ехали три богатыря в шлемах и кольчугах, которые проезжая мимо всем махали руками, а люди им махали в ответ и радостно свистели.
Через какое-то время появилась самоходная печь, на которой сидел Емеля, целовал большую замороженную щуку и бросал в толпу горсти конфет и их тут же пытались поймать на лету. Люди хохотали над его потешным видом и показывали пальцами на щуку. Спустя ещё время появились сани, на которых лежала румяная русалка, а человек переодетый в чёрного кота, всё время дёргал её за искусственную длинную косу. Русалка шлёпала ладонью по лапе кота, народ смеялся, а кот обиженно закидывал людей конфетами. Дальше пробежали три поросёнка, а за ними волк, потом кот Базилио с лисой Алисой и Буратино.
В самую последнюю очередь два каких-то молодца одинаковых с лица тянули тележку, на которой стояла ступа, а в ней сидела Баба Яга. Она что-то ворчала, грозила народу кулаком и периодически бросала в толпу всё те же конфеты. Ступа у бабки была новая, красивая и расписана под хохлому и я сама не заметила как начала петь себе под нос: "Ах какая ступонька, какая ступонька! Мне б такую!" И в этот момент конфета прилетела мне прямо в лоб, а я очнулась от какого-то наваждения. Какая ещё ступонька? Я чего это, того что ли? Это всё Ерохины, будь они неладны!
Со всех сторон был шум, гам, где-то играла гармошка, уже были слышны свист и хрип настройки микрофона для предстоящего концерта. Недалеко шло соревнование, где два мужика раздетые по пояс, сидели на ошкуренном горизонтальном стволе дерева и били друг друга подушками, пытаясь со столба свалить друг друга, а болельщики кричали и свистели. Толпа собралась немаленькая и всем хотелось поучавствовать.
Праздник набирал обороты и подошло время, когда желающие получить бесплатный подарок, стали поочерёдно пытаться залезть на гладкий высокий столб. На самом верху висел деревянный ящик и было не видно, что находится внутри.
- Знаете, - судачили рядом женщины - в прошлом году в ящике были женские зимние сапоги. Польские! У них платформа такая модная, с виду как крупа и шершавая. Вот повезло кому-то! Может и в этом году положили такие. - сами же при этом с интересом разглядывали всю нашу семью.
"Манка" - хмыкнула я. В конце восьмидесятых нашу страну просто заполонит обувь с такой подошвой, но она тут же станет не модной и в ней в итоге будут щеголять только бабушки.
Мужчины и молодые парни по очереди раздевались и пытались вскарабкаться на скользкий столб, словно намазанный маслом. Кто-то смог залезть до середины, а кто-то висел на нём в самом начале, обхватив его руками и ногами, при этом смешно подёргивая задним местом, но не поднимаясь ни на сантиметр и оставаясь всё там же. Женщины смеялись, подначивая их, а мужчины сплёвывали и отходили в сторону. И все без исключения задирали головы вверх, пытаясь разглядеть таинственный и возможно дефицитный подарок.