Нестройным хором ребята выразили надежду, а Инна прищурила свои глазки и видимо стала молиться, чтобы у меня ничего не получилось.
- Кира, а тебе хватит времени от оставшегося урока, который закончится, - спросила у меня Яна Ивановна, глянув на наручные часы. - через пятнадцать минут? Ну хорошо, следующий урок у нас последний, да к тому же рисование и я от него тебя тоже освобождаю. Хватит тебе этого времени?
- Думаю хватит. - ответила я ей, а многие посмотрели на меня с завистью, особенно мальчишки, так как рисовать особо не любили.
"Праздник осени", говорите? Ну что же, будет вам песня! Её я написала много лет назад, когда наконец-то наступило моё любимое время года и сердце в это момент пело и плясало. Хотите верьте, хотите нет, но у меня в тот день было такое чудесное настроение, что мелодию и слова к ней я придумала за двадцать минут. За двадцать! Я тогда схватила в руки первую попавшуюся бумажку и ручку, чтобы записать слова, которые лились потоком и я боялась, что они ускользнут. Потом тут же взяла диктофон и намурлыкала мотив песни, так как нот естественно не знала. Ведь если бы я этого не сделала, то на другой день я бы эту мелодию благополучно забыла, а в голове родилась уже другая. У меня всегда так было и поэтому диктофон я старалась держать под рукой, для таких вот внезапных всплесков.
Я сидела над тетрадным листом и вспоминала слова песни, которую не пела много лет и мне даже не приходилось изображать мыслительный процесс. Мелодию я помнила хорошо, а вот текст приходилось писать вдумчиво, зачёркивала то, что считала не тем и чего не было изначально в песне и старалась вспомнить слово в слово. Хотя мне очень мешал шёпот и возня, да голос Яны Ивановны, которая что-то читала вслух и не давала сконцентрироваться. А на перемене вообще было невозможно думать от визга и беготни одноклассников. В итоге я успела её вспомнить, когда рисование только началось и отдала тетрадный лист с текстом Яне Ивановне. Когда она стала читать текст, то удивлённо подняла брови и с неверием спросила:
- Кира, ты что, вот прямо сейчас написала песню? - не дожидаясь от меня ответа, она опять опустила глаза к листу и что-то подозрительно долго читала написанное, хотя текст был небольшой, всего-то два куплета и припев. "Неужели хочет присвоить её себе?" - подкралась подлая мыслишка. Нет, не думаю.
- Конечно, Вы же сами видели. - пожала я плечами. - Яна Ивановна, а можно мне начать рисовать?
- Что? - спросила она. - Ах да, да, рисуй конечно. Кира, а можно я этот листок возьму? А ноты? Ноты ты можешь написать?
Ну вот и всё. Ну зачем Вы так, Яна Ивановна? Для чего Вам текст, да ещё и ноты? Да мало ли для чего! Может у неё сват, брат, муж или любовник (нужное подчеркнуть), играют или поют в местном ансаммбле, а я ему за будь здоров отдам свою песню? Нет, так не пойдёт, ведь я не наивная дурочка и кое-что понимаю в интеллектуальной собственности и авторском праве, поэтому ответила:
- Я не могу отдать Вам листок, так как сама ещё не выучила песню. Я ведь только что её написала. А нот я не знаю и играю песни на слух.
И если по поводу текста я обвела её вокруг пальца, то на счёт нот не обманула, так как я и правда их не знала и не могла тут же записывать в тетрадь, как какой-нибудь маэстро-профессионал.
-Да-да Кира, ты права. Конечно же заучивай слова и хорошо готовься к концерту. - расстроено сказала Яна Ивановна и вернула мне текст.
А я взяла в левую руку карандаш и начала рисовать кувшин с цветком, который стоял на подставке у классной доски. И если моя мама была полностью левша, то я была ею наполовину.
Я писала и красиво выводила вензеля только правой рукой, хотя могла и левой. А вот рисовала только левой рукой. Как только я брала карандаш или кисточку с краской в правую руку, то она сразу становилась какой-то деревянной и как будто чужой, меня словно кто-то толкал под руку и её уводило в бок. Но моей фишкой было, когда я брала в обе руки по шариковой ручке и одновременно писала обеими руками какое-нибудь слово или даже предложение. И если правой рукой я писала обычной прописью и наклоном вправо, то левой я писала то же самое и похожим почерком, но буквы и наклон выводила в обратную сторону и со стороны написанное выглядело так, словно отражалось в зеркале. Такой стиль письма я начала практиковать примерно с четвёртого класса и с каждым годом только улучшала его. Впоследствии я очень удивляла таким фокусом своих друзей и знакомых.