- Тем более мне кажется, - подолжила я. - что именно эта песня стала тем самым спусковым крючком, чтобы Вы что-то решили для себя.
- Вот! - поднял палец кверху Лев Иванович. - Даже разговариваешь ты не так, как свойственно детям в твоём возрасте. Кто ты, вундеркинд, или как Алиса Селезнёва прилетела к нам из будущего? - подмигнул с улыбкой он мне и откусил вишнёвый рахат лукум, обсыпанный кокосовой стружкой.
В этот момент я похолодела, настолько он был близок к правде, хоть и немного не такой и опустив глаза к чашке с чаем, через силу улыбнулась. А Лев Иванович удивлённо уставился на кусочек рахат лукума в руке, проглотил то, что было во рту и по его глазам было видно, что он ничего не понимает. Потом он схватил коробку со сладостями и стал вертеть её, пытаясь прочитать на ней информацию, но естественно у него ничего не вышло.
- А это нам знакомый родителей привёз гостинцы из Узбекистана. - придумала на ходу я объяснение.
- Странно. - ответил Лев Иванович. - Я тоже иногда там бываю, но вот такого лакомства не встречал. - с каким-то подозрением в голосе сказал он и доел кусочек.
Вот же Шерлок Холмс! Нет бы просто насладиться и всё!
- В общем так! - сказал Лев Иванович, когда мы допили чай и секретарша унеска поднос с чашками. - Мы уже составили полный список участников концерта, осталось только подписать, но подпись на нём будет ставить уже новый директор. Да и ещё, тебя и твоего друга в официальном списке нету и это так надо. Я прошу тебя пока никому не говорить о вашем участии в праздничном концерте и у нас с тобой сейчас устная договорённость. О вашем выступлении знают только самые доверенные лица и для нового директора это будет сюрприз. А для всех непосвящённых вы в списке есть, но только неофициальном. Всё ясно?
Мне было всё понятно, но я всё же спросила:
- А шишки ни на кого не упадут, если начнут копать? И к кому нам обращаться во время праздника, чтобы узнать в какой последовательности мы будем выступать, то есть за кем из участников мы выйдем на сцену? Куда нам приходить и во сколько?
- На счёт шишек. Вы вообще не прикреплены ни к одному из руководителей кружков ДК, ну там хора или танца и поэтому получается, что нету никого кто бы нёс за вас непосредственную ответственность. Вроде как появились на празднике, выступили и исчезли, а все руководители кружков самодеятельности лишь будут пожимать плечами. Связь будешь держать с моим секретарём Ириной...Сергеевной. - добавил он, поглядев на меня. - Она моя родная племянница, поэтому на нашей стороне. За неё тоже можешь не волноваться, она как и я дорабатывает последние дни и хочет перебраться в Красноярск. Там ей уже пообещали работу. Чуть не забыл! А ты или твой друг, случайно не ходите в какие либо кружки в нашем ДК?
- Я точно не хожу, а Тамерлан ходит в кружок дельтапланеристов. - ответила я.
Когда тётя Римма говорила мне, что Тамерлан ходит в ДК и везде выступает, то я тогда подумала, что он ходит в ансамбль песни и пляски, ну или в тюз. Ведь совсем не важно, что у него заикание, вдруг там всегда пригодится артист, которому и говорить ничего не надо. Но оказалось, что он ходит в кружок, где мастерят миниатюрные дельтапланы и потом между участниками устраивают соревнования. Вот это тётя Римма и назвала выступлениями.
В итоге мы со Львом Ивановичем обо всём поговорили и договорились и я с волнением стала ждать дня икс.
*****
И вот наступил назначенный день. А так как первое июня приходилось на начало недели, то отмечали его тридцать первого мая. После того обстоятельного разговора с директором, я ещё несколько раз приходила в ДК, чтобы узнать у Ирины Сергеевны всё ли у нас остаётся в силе. Льва Ивановича я там больше не встречала, так как он уже вышел на заслуженную пенсию и собирался быть на концерте в качестве гостя. А потом они с супругой собирались ехать в Москву, чтобы проведать внука и дочь, которая за ним там ухаживает.
Я сообщила родителям, что участвую в концерте, посвящённому дню защиты детей и моя семья вся разнаряженная, пришла полным составом и заняла места во втором ряду перед сценой. Народу в немаленьком зале было набито битком, так как люди очень любили культурно отдыхать и были рады любым концертам.
Мы с Тамерланом ждали своей очереди за кулисами, где наблюдали за участниками концерта во время их выступлений. Я смотрела на них, но видела ничего, так как очень сильно переживала и думала, что от волнения у меня выскочит сердце из груди. Не знаю волновался ли Тамерлан, по его невозмутимому виду я определить не могла, а он сидел на стульчике уставившись в одну точку и был похож на буддийского монаха.