- Детка, у тебя руки дрожат! Тебя кто-то обидел? – я бросила взгляд на руль, где нервно дрожали мои пальцы.
- Постарайся отнестись с пониманием ко всему, что я тебе расскажу, - дождавшись пока она кивнула, я начала рассказ о странном бродяге-маньяке, который пообещал, что найдет и убьет меня, умолчав лишь о том странном голосе во мне. Ник внимательно слушала, и когда мы подъехали к моему дому, на ее лице отразилась злость.
- Я знала, что это глупая затея ходить в лес одной! Почему ты такая безрассудная? – в ответ, я послала ей скептический взгляд, и, поколебавшись, она сдалась.
- Ну ладно. Обычно из нас двоих безрассудством страдаю я, - так-то лучше. В конце концов не на моей ягодице выбит жизнерадостный котенок с пятнадцати лет.
- Ты останешься со мной на ночь?
- Ну конечно, - Ник потянулась ко мне и мы обнялись. Так приятно было осознавать, что в мире есть такой человек, который тебя поймет и поддержит, останется, если это будет нужно, обнимет, это очень дорогого стоит. Мы вышли из машины и пошли в дом, еды, как всегда, никакой не было, поэтому искупавшись, мы улеглись на моей кровати. Перед тем как лечь, Ник тщательно проверила замки и двери, убедившись, что все закрыто. Я свернулась клубком возле нее, ненавидя себя за слабость и страх, который никак не уходил. Из нас двоих, сильной, всегда была я, я защищала Ники, а теперь исчезла уверенность, что я смогу уберечь даже себя. Вскоре, меня настиг сон, мне снился мой пес, он бежал ко мне через лес, перепрыгивая кусты и корни деревьев, что-то было у него в зубах.
- Эй! Привет! Ну-ка что тут у тебя? – во рту у Атэя был кусок какой-то черной ткани. Отец говорил маме, что к нам приближается какая-то темная беда. В наших краях, темные цвета носили только в трауре, значит это, принадлежало чужаку. Как только я заметила, что пасть пса испачкана кровью, Ати вскочил, и предупреждающе зарычал вглубь леса. Меня охватила паника, кто-то шел сюда с той стороны. Одной только моей мысли хватило, чтобы зелень начала сгущаться, образуя прочную стену из веток, корней и листьев. Я прислушалась. Щелчок. Десяток мечей были вынуты из ножен и пущены в ход. Они рубили ветки безжалостно и мощно, я чувствовала боль каждого побега, они не успевали вырастать вновь и вскоре, сквозь них показались люди. Я злилась от бессилия.
- Бежим Атэй! Скорей! – я бросилась к дому, преданный пес бежал позади, чтобы в случае чего, защитить. Надо только успеть пересечь этот холм, взмахом руки я послала сильный порыв ветра позади нас. Только бы успеть, только бы успеть!
- Энди! Энди! – это кричала Ник, но я проснулась не из-за нее, окно с грохотом распахнулось и напугало меня. Дышать было тяжело, я с трудом понимала что происходит. Сильный ветер, как при урагане, атаковал все вещи в комнате.
- Что за черт! – придя в себя и осмотревшись, я поняла, о чем она. Все было зеленое! Мои растения в горшках, за которыми я так бережно всю жизнь ухаживала, выросли до невероятных размеров! С улицы трава тянулась в дом и полностью оплетала подоконник. Как будто мы проснулись в волшебной сказке, вот-вот защебечут птицы, и на водопой придет златогривый единорог.
- Ник, кажется, это сделала я, - теперь удивленный взгляд подруги переместился с окна на меня.
- В каком смысле ты? – ну что тут непонятного? Как будто у нее есть объяснение лучше!
- Мне снилось, как я это делаю…и вот.
- Что вот? Ты хочешь сказать, что щелкнула во сне пальцами, и это все выросло за долю секунды?
- Нет. Я хочу сказать, что всю ночь таскала сюда этот гербарий из ботанического сада!
- Ну, слава богу! А то я уже решила, что схожу с ума!
- Ники! – меня начинал злить весь этот разговор, я сама толком ничего не понимаю, и еще она пытается выдать желаемое за действительное! Но все же не хотелось ссориться из-за пустяка (да уж пустяк!), поэтому, я примирительно спросила:
- Кофе?
- То, что надо! – она спрыгнула с кровати, и переступая через стебли цветов, пошла в ванну. Значит кофе на мне. Похоже, целый день я проведу за уборкой в комнате. На первом этаже была уборная, и я пошла туда, умыться. Вчерашние страхи были спрятаны в долгий ящик, сейчас появилась проблема куда серьезнее. Неужели я могу это делать? Как во сне, стоит только подумать и все оживает, слушается. Мои глаза налились синевой, они светились изнутри как два омута, долго всматриваясь в свое отражение, и не найдя больше особых изменений, я пошла готовить кофе. Ник уже сидела на стуле и задумчиво крутила прядь своих волос. Мне стало интересно, о чем она думает, и как относится ко всему этому. По ее реакции было трудно что-то понять. Я включила кофеварку и поставила сковороду на плиту. Яйца, кажется, были, можно приготовить омлет. Очередной омлет...