Спустя полчаса после окончания совещания четыре нагруженных оружием, боеприпасами и экзодоспехами машины выехали с парковки Управления и одна за другой начали нырять в открытые водителями порталы.
Очень хотелось верить, что по ту сторону нас ждёт машина эмиссаров, и нам удастся уничтожить её, положив конец планам галодов по вторжению.
Когда машина, в которой я находился, въехала в портал, я испытал тревожное сосущее ощущение под ложечкой.
Глава 13
Сколько себя помню, метеостанции строились ради прогнозирования погоды. Я в этих вещах не разбираюсь, но ожидал увидеть нечто вроде антенн с солнечными панелями, белых «скворечников» на металлических «ножках» и тому подобных артефактов. Ну, и флюгеры какие-нибудь, чтобы вычислять силу ветра.
В этой версии СССР погоду не предсказывали.
Её создавали.
И да, я успел заглянуть в сеть и посмотреть фотоснимки станций Климатической Службы. Там была целая навороченная система, включающая наземные установки, орбитальные спутники и целый рой дронов, бороздящих просторы нашей необъятной Родины.
Чтоб вы понимали, основная работа ложится на плечи климатологов. Это такие менторы, которые с помощью пси-энергии воздействуют сразу на атмосферные фронты, циклоны и антициклоны. Масштаб потрясает воображение, а сами климатологи — одни из сильнейших одарённых планеты. Я даже слышал о международной конвенции, подписанной большинством стран, которая запрещала погодные войны на самом высоком уровне. А все эти приспособления, включая дроны и спутники, позволяли климатологам вмешиваться в реальность с максимально возможной, ювелирной точностью.
То, что я увидел, не имело никакого отношения к климатическому контролю.
Холм посреди леса.
А на холме — ЭТО!
Разросшееся до неприличия многоступенчатое сооружение, не имеющее аналогов вообще ни с чем. Казалось, объект целиком состоит из грифельно-серых граней, квадратов и треугольников, громоздящихся в хмурое осеннее небо. Вся эта несусветная дичь была облеплена строительными лесами, по которым ползали человеческие фигурки, смахивающие на муравьёв. Рядом стоял кран, вокруг располагались бытовки, штабеля непонятным прямоугольным блоков, арматуры и устройств совершенно невообразимого назначения.
Наши фургоны выпали из порталов у самого подножия холма.
Здесь уже всё было залито бетоном. Я заметил несколько грузовиков и бетономешалок. На холм проложили извилистую дорогу, при этом никто даже не озаботился ограждением. Да и зачем? Вокруг на многие километры — лес. Разве что у самого горизонта виднелась полоска воды.
Честно говоря, я думал, что окрестности Байкала — это сплошная сейсмоактивная зона. И строить тут сооружения выше двух-трёх этажей сомнительная перспектива.
Но и объект, который мы видели, не имел ничего общего с людскими постройками.
От многоугольной башни за версту веяло чужеродностью.
— Максимильяныч, — сказал я. — Это похоже на метеостанцию?
Бурундуков, сидевший за рулём нашего бронированного монстра, криво ухмыльнулся:
— Дорогой вы мой товарищ! Сие чудо инженерной мысли напоминает метеостанцию не более, чем кукурузный початок — ядерную ракету.
Я вновь посмотрел на простирающийся перед нами комплекс.
По документам здесь возводилось совсем другое. Мои аналитики раздобыли проект, и там обычная метеостанция. А вот спутниковых снимков у меня нет. И это очень странно. Потому что получить подобные материалы Проект 786 может без особых проблем. Обычно.
А знаете, что меня поразило сильнее всего? Отсутствие линий электропередач. То есть, никаких столбов, проводов, трансформаторных будок… Может, я чего и не понимаю, но чем эта башня будет питаться? Явно не святым духом.
И да, я колебался до того, как мы сюда приехали.
Не был уверен в том, что всё понял правильно.
Сейчас — другой разговор.
— Начинаем штурм, — сказал я. — Готовность номер один.
Вика Сотникова, телепат из группы поддержки, кивнула и начала передавать моё распоряжение командирам групп. Со мной отправились полностью сформированные штурмовые отряды под командованием Инги Зиминой, Дениса Жукова, Иры Рудницкой и Димы Михайлова. Четыре бронированных, защищённых рунами фургона, напичканных оружием и матёрыми спецназовцами с боевым опытом. Некоторые из моих подчинённых уже столкнулись с живыми эмиссарами, но большинство всего лишь проходили обучение на полигонах.