Похоже, гратх понимал, что мы отправляемся на очень опасную, рискованную миссию, и хотел нас прикрыть. Что ж, здесь ему делать, и правда, нечего, так зачем отказываться от дополнительной поддержки?
— Хорошо, — сказал я. — Едем с нами. Только вперёд, чур, не соваться. Ударная группа — мы с Варданом. Остальные на прикрытии и поддержке. К тому же, ты слишком ценный сотрудник. Лишиться тебя при рядовой операции мы не имеем права.
Я хотел, чтобы Курц полностью осознавал ответственность и не рисковал почём зря.
Гратх развёл огромными ручищами.
— Да как скажешь, брат. Я мешать не собираюсь. Под ногами не стану путаться. А коли понадоблюсь — вот он, тут как тут. Бери меня и используй для общего дела. Ну, или сам скумекаю, чем подмогнуть.
На том и порешили.
— Дима, где зафиксировано последнее присутствие Вышинского? — спросил я аналитика.
— Возле завода «Электросила». Это в Ленинграде. Сейчас скину координаты. И контакты группы, которая его вела. Они ещё там, ждут.
— Значит, у них подробности таинственного исчезновения и узнаем, — сказал я.
Терминал пикнул, оповещая о том, что Дима скинул координаты для перемещения.
Быстро собравшись, мы загрузились в бронированный «панцирь» и покатили, набирая скорость.
— Куда прикажете вас доставить, дорогие товарищи? — обратился к нам Бурундуков. — Самое время пронзить пространство и время, чтобы не тратить бензин. Да и я так понял, что мы торопимся.
Я назвал ему координаты.
— В Ленинград, стало быть… — задумчиво проговорил Бурундуков. — Приходилось мне там бывать, и не раз. Хороший город. Дома с колоннами, скульптуры повсюду. Пространства много. Мне понравился. И недалеко от нас, — добавил он.
В этот момент перед нами открылся портал, и броневик ворвался в сверкающую и переливающуюся фиолетовым, зелёным и оранжевым воронку. Нас окружили пульсирующие вихри, и мы понеслись по извивающемуся тоннелю — как по водным горкам в аквапарке. Только машина при этом словно стояла на месте, и менялось лишь то, что было вокруг.
И вот нас выбросило на другом конце созданной Бурундуковым червоточины. Едва колёса «панциря» вступили в сцепление с асфальтом, автомобиль покатил по широкой улице, по обе стороны которой возвышались «сталинские» дома. Эту архитектуру узнать несложно: монументальные здания этажей по девять, с каменными балконами и фигурными пузатенькими балясинами, а также высоченными арками, созданными словно для того, чтобы сквозь них могла пройти средних размеров яхта. Не знаю, есть ли в Союзе люди, которые могут себе такие позволить, но, по идее, должны быть. Мысль, что этакую роскошь можно приобрести на рейтинговые баллы, меня почему-то позабавила. Хотя почему нет? Разве это не справедливо? В конце концов, чем честный советский человек хуже какого-нибудь олигарха?
— Добро пожаловать! — довольным голосом объявил Бурундуков. — Московский проспект. Правительственная трасса, между прочим. Раньше за передними линиями домов почти ничего не было — трампарк да склады. А теперь застроили, конечно. Любо-дорого посмотреть!
Над девятиэтажками, подтверждая его слова, торчали высотные здания. Некоторые тянулись на две-три сотни метров. Архитектура была разная, но стиль монументализма сохранялся. На многих зданиях висели красные флаги.
Слева от нас показался едущий навстречу трамвай. Бордовый, очень футуристичный, с боковой загрузкой. Он походил на здоровенную гусеницу из металла и стекла. Двадцать девятый номер.
— Достопримечательности, к сожалению, не осмотрим, — проговорил Бурундуков, сворачивая направо и загоняя машину на большую стоянку перед торговым центром. — Хотя — как дело пойдёт. Может, и прокатимся. О, кажется, это наши, — он указал на группу мужчин, стоявших возле двух припаркованных чуть дальше автомобилей.
Бурундуков остановил наш броневик рядом с ними.
— Оставайтесь здесь, — велел я Гаспаряну, шофёру, Курцу и остальным штурмовикам, а сам вылез наружу.
Трое оперативников ждали меня. Выглядели они серьёзно, хотя одеты были неприметно. Видимо, специально ради слежки постарались. Только натренированный глаз мог определить, что под мятыми плащами, ветровками, мешковатыми джинсами, кепками и стоптанными кедами скрываются профессионалы.
— Владлен Громов, — представился я, демонстрируя удостоверение. — Руковожу операцией, частью которой вы стали. Докладывайте, что удалось выяснить про объект и почему упустили.
— Потоцкий, — представился один из оперов, сразу дав тем самым понять, кто в группе главный.