— Мы будем передавать через них информацию, обучая вас новым технологиям, чтобы вы могли усилиться для борьбы с галодами. И они смогут координировать действия.
— А вот это другое дело! — не сдержался я. — Новые технологии для обороны — это то, что нам очень даже нужно!
— Мы знаем. Поэтому и искали способ связаться с вами, пока не поздно. Хорошо, что ты приехал. Времени всё меньше, и действовать необходимо быстро.
— Тут я с вами совершенно согласен.
— Мы рады, что нам удалось достигнуть понимания. Но тебе ещё предстоит объяснить всё остальным. Компетентным структурам. У тебя ведь нет своего права принимать такие решения. Обсуди всё и возвращайся.
— Я так и сделаю, — пообещал я.
И снова менгиры были правы: не мне что-то обещать или гарантировать. Но в моей власти убедить тех, кто имеет необходимые полномочия, в том, что союз с менгирами для человечества жизненно необходим.
— На этом пока и закончим, — раздалось в моей голове. — Но мы будем ждать. Торопись, человек. Галоды времени не теряют. У них нет бюрократии, они просто следуют воле своего машинного бога, и в этом их преимущество.
Голос в мозгу пропал. Как отрезало. От резко наступившей тишины аж в ушах зазвенело. А затем я услышал звуки тайги и работающего подо мной мотора броневика.
Был ли этот разговор на самом деле или только померещился мне? Это была первая мысль, пришедшая в голову.
Предположение о галлюцинации я отверг. Не сумасшедший же я, в конце концов! Нет, менгиры точно говорили со мной, и теперь я должен передать их послание, куда следует.
Я постучал ладонью по бронированной обшивке машины. Из люка высунулся Громов-старший.
— В чём дело, Влад?
— Контакт состоялся, — ответил я. — Дальше ехать нет смысла. Нужно возвращаться.
— Ты серьёзно⁈ — всполошился профессор. — И что? Как… Расскажи всё!
— Непременно, только спущусь. И прикажи разворачиваться. Как я и сказал, нам нужно возвращаться.
Пока мы ехали в закрытый город, я пересказал отцу разговор с менгиром. Вернее — менгирами. Он слушал внимательно, ловя каждое слово. Не перебивал и не переспрашивал. Лишь когда я замолчал, задумчиво произнёс:
— Влад, это очень важная информация. Я предполагал, что обелиски могут быть разумны, но не думал, что они сами решают, в какие миры проникать. Нам повезло, что они выбрали наш, и нельзя допустить, чтобы они ушли. На магии строится слишком многое.
— Это я понимаю, — ответил я. — Мы должны вступить с ними в союз, вот только получится ли защитить их от эмиссаров? Менгиры сказали, некроды уже строят машину. А это значит, что они опережают нас. Несмотря на все наши усилия.
Громов-старший мрачно кивнул.
— Этого я и боялся! Пока мы разбирались, что к чему, ловили эмиссаров, считая, что это случайные прорывы иномирных тварей, галоды успели проникнуть, куда хотели, и начали подготовку к вторжению. А мы до сих пор не знаем, каких специалистов им удалось сцапать, кто и где занимается строительством машины. Если некроды завладеют менгирами, это будет означать конец не только для нашего мира. Влад, они ведь смогут проникать в любые вселенные! Их будет уже не остановить!
Перспективы, конечно, вырисовывались ужасные. Иначе не скажешь. Я подумал о своём родном мире. Там менгиров не было, но галоды всё равно отправляли туда своих эмиссаров. Наверное, чтобы подготовить почву на случай, если завладеют обелисками. Громов-старший был совершенно прав: в данный момент именно мы стоим на пути некродов, и от нас зависит, что будет с мирами, где обитают разумные формы жизни. А сколько их всего? Я лично понятия не имел.
Когда мы прибыли в закрытый город, нас встретил мужчина в сером костюме со значком одарённого.
— Василий Юрьевич, — представил его отец. — Мой сын, Владлен.
Мы обменялись рукопожатиями.
— Меня послал генеральный секретарь, — не стал ходить вокруг да около Василий Юрьевич. — Мне поручено узнать, чем закончился ваш эксперимент.
— Охотно расскажу, — кивнул я. — Информация важная, так что…
Мой собеседник отрицательно покачал головой.
— Простите, товарищ Громов, но я должен считать ваш разговор с представителем иной цивилизации на ментальном уровне. При рассказе вы можете упустить важные детали.
О, так этот мужик — менталист. Понятно… Значит, придётся отфильтровать сеанс, чтобы он мог получить доступ только к разговору с менгиром, но не понял, что я не совсем тот, кем меня тут все считают. И ещё — он не должен заметить, что я выставил блоки. Это не так просто, как звучит, и неплохо бы подготовиться. А на это требуется время. Но будет ли оно у меня?
— Прямо сейчас? — спросил я. — Здесь?
Мы стояли на улице, возле броневика, ибо менталист встретил нас сразу по прибытии.