Пришлось связаться с Аксёновым и дать отбой: штурмовые группы, которые я поручил ему подготовить, оставались в Москве.
А спустя полчаса я уже стоял перед открытым порталом в Иркутск. Без багажа, без чёткого понимания, что меня ждёт. Сталкиваться с эмиссаром уровня Прозорова один на один мне до сих пор не приходилось. Хоть я давал слово Козловскому, но всё это вилами на воде писано. Вполне вероятно, что некрод меня прикончит. Готов я к таким жертвам? Нет! Но что мне остаётся, кроме как попытаться его уничтожить? Долг есть долг. Если ты решил посвятить себя защите Родины, лазеек быть не может.
С этой мыслью я ступил в портал и оказался в смерче разноцветного свечения. Несколько секунд — и вот я на территории Иркутской военно-воздушной базы.
— Чупа, нас ждут великие дела!
Хомяк нарисовался в поле моего зрения. Он жевал морковку.
— Чего изволите в этот раз, повелитель? — не скрывая сарказма, осведомился он.
— Нам предстоит сразиться с эмиссаром высшего уровня.
— Тебе предстоит, — поправил фамильяр. — Моё дело маленькое — предоставлять возможности. Чем готов пожертвовать в этот раз?
— Всё, что тебе угодно, кроме зрения. Не могу слепым оставаться. Не те времена.
Хомяк закатил глаза, делая вид, что размышляет.
— Осязание, — сказал он.
— Продано!
— Что взамен? Дай угадаю — демоническая рука!
— Она самая.
— Хорошо. Она у тебя будет. И ты заходи почаще. Мне прямо сильно нравится в этом мире. Всё время тебе что-нибудь надо.
— Приму к сведению. Стало быть, договорились?
— А то!
Пока я мысленно общался с фамильяром, в мою сторону направился человек в форме лейтенанта. Я достал документы, продемонстрировал. Военный внимательно изучил их, кивнул и сказал:
— Следуйте за мной, товарищ Громов.
Он провёл меня к кабинету командира части. Полковник был высоким, подтянутым и с аккуратно постриженными усами. Голубые глаза смотрели на меня пристально и слегка недоверчиво.
— Значит, вас послали? — проговорил он после обмена приветствиями.
— Так точно, — ответил я. — Должен найти товарища Прозорова и доставить к нам. Если удастся. Либо уничтожить.
Было ясно, что полковника смущает мой возраст. Тем не менее, он на эту тему деликатно промолчал.
— Хорошо, — сказал он. — Я подготовил пропуск. Вас проводят.
Тот же лейтенант пустился со мной в обратный путь. Выйдя из административного здания, мы обошли его справа и оказались на огромной бетонированной площадке, напоминавшей космодром. Только вместо стоящей вертикально ракеты на ней располагался величественный атомоход. Вблизи он выглядел куда больше, чем когда находился в небе, и буквально поражал с первого взгляда.
Металлическая конструкция напоминала аэростат лишь формой. Была при этом более вытянутой и без гондолы.
— Жилые отсеки находятся в центре, — прокомментировал лейтенант, пока мы шагали к атомоходу. — Я доставлю вас только к люку, дальше вам придётся взаимодействовать с капитаном. Он в курсе ситуации и окажет содействие.
У трапа меня встретил офицер в форме военно-воздушных сил. Он и отвёл меня в рубку, где я увидел капитана. Плотный, невысокий, лысеющий, он окинул меня неприязненным взглядом, но руку протянул.
— Ершов, — представился он кратко. — Правильно понимаю, что время дорого, и вы сразу приступите к задержанию?
Я кивнул.
— Да, дело срочное.
— Так и думал. Хорошо, чем быстрее мы с этим покончим, тем лучше. Два офицера проводят вас к каюте товарище Прозорова. Полагаю, помощь вам не помешает.
— В поисках — да. Но брать его я буду сам. Не хочу подвергать ваших людей опасности.
— Это как угодно. Но что нам делать, если вы не справитесь?
— Доложите начальству. Оно свяжется с моим и решит, что делать.
Хотя едва ли эмиссар останется на борту «Силы пролетариата», если прикончит меня. Скорее всего, постарается удрать. И ему это почти наверняка удастся. Хорошо, если не уничтожит при этом сам атомоход.
Но ничего этого говорить капитану я не стал. Зачем? Не он принял решение допустить на борт только меня.
Два офицера отправились со мной через атомоход. Как и корабль, «Сила пролетариата» был разделён на палубы, только они находились внутри оболочки — как орех в скорлупе. Нам пришлось спуститься на третий ярус, где располагались каюты.
Всё было по-армейски функциональным, надраенным и сверкало. Лестницы, металлические палубы, поручни — настоящая симфония инженерной мысли и прогресса. Я словно попал на космический корабль. Не такой, которые существовали в моей реальности, а фантастический, где не экономят место, как будто эргономичность не имеет никакого значения. Очевидно, магические технологии, которые заставляли атомоход отрываться от земли, каким-то образом взаимодействовали с гравитацией. Было бы здорово пролететь на такой махине хотя бы несколько километров, но я здесь не для развлечений. Мягко говоря.