— Ну, я отговорил Генри, чтобы он не убивал Сесиллию, хотя этого, конечно, и не могло произойти на самом деле. Сесиллия больше драматизировала угрозы Генри.
— А что Джо? — вынуждена была спросить я. — Хочет ли Генри убить и его?
— Нет. Ты знаешь, что сказал Генри? Что Джо — просто мусор. Его можно вымести веником. Но Сесиллия! Он любил ее больше жизни!
— Ах, бедняжка! Он такой милый человек!
— Да, завтра я собираюсь навестить Джейн.
— Ну, конечно, тебе следует это сделать. Она была в истерике, когда я разговаривала с ней сегодня. Она едва могла разговаривать. Кажется, они оба с Джо больше всего огорчены тем, что Генри прекратил съемки кинофильма. Они расстроены тем, что снова придется стать заурядными телевизионщиками.
Джейсон усмехнулся над моими ироничными словами:
— Я думал, что Сесиллия тоже огорчена, что съемки прекращаются. Сначала мне показалось, что это единственный предмет расстройства, но сейчас я думаю иначе. Она действительно угнетена состоянием своего замужества.
— А что же она думала, охмуряя Джо? Вот что-то я не слышала объяснений этому. Почему?
— Она думала, что она должна так поступать, что если Джо выводит ее в звезды, у них должно быть полное слияние душ. Она говорила что-то о Дитрих, у которой был фон Стернберг, и о Гарбо с ее Стиллером. Она думала, что если у нее с Джо будет романтическая связь, она сможет, как Гарбо. Она видела в этом секрет Гарбо.
— И ты поверил в это? — спросила я изумленно.
— Сесиллия поверила. Она действительно поверила. «Нет, — подумала я. — Она не могла так считать. Гарбо существовала много лет назад — больше в легендах, чем в реальности. А Сесиллия жила в семидесятые и была к тому же эгоисткой. Если и существовал на свете эгоист, то это была моя подруга Сесиллия».
В пятницу днем мы с Лу и Митчелом отправились в школу. Было очень холодно, ожидаемый снегопад должен был вот-вот начаться. Хотя в машине было тепло, Лу куталась в поношенный меховой воротник. Я чувствовала себя эгоисткой в своем новом норковом манто. Это был рождественский подарок Джейсона. У меня было большое желание нарядить Лу в меха. Она была бы в них настоящей королевой. Но Лу, конечно, никогда не согласится с этим. Потом я обратила внимание, что она нервно ерзает на краю сидения, держась за ручку дверцы, опасаясь за свою жизнь. Она всегда боялась, когда я была за рулем, — и никогда, когда управлял машиной Джейсон. У меня появилось желание нажать на газ до упора, чтобы сделать ей встряску. Но я, конечно, не стала этого делать.
Мэган не допустила ни одной ошибки и была на сцене очень спокойной и естественной, она даже помахала нам рукой перед своим выходом. После представления Джордж и Энн увезли Митчела и Лу в своей машине, пока я ждала Мэган. Мы собирались на обед к Морганам. А снег все еще не начался.
Я не переставала удивляться оригинальности Энн. Такой обед способна была сотворить только она: с особенным кофейным тортом, поперек которого было написано кремом: «Ура, Мэган!» В торт были воткнуты свечи, чтобы Мэган могла их задуть. Вокруг были улыбающиеся любимые лица: Мэган и Митчел, Энн и Джордж, их дети: Пети и Бекки. И Лу. Даже она улыбалась. Как жаль, что нет Джейсона!
И все из-за этой дряни Сесиллии, этой крысы Джо, хнычущей Джейн, которой не хватило достоинства далее рассердиться и обидеться на то, что ее обманули, унизили и наставили рога.
— Можно, я возьму кусок торта домой для папы, тетя Энн?
— Конечно, милая. Это твой торт. Все, что останется, ты унесешь домой для папы.
— Но я не знаю, останется ли что-нибудь после того, как я съем три куска, — поддразнил ее Питер.
— А если Питер съест три куска, то я тоже, — вторила Бекки.
— И я, — вступил Митчел.
Джордж посмотрел на озадаченное лицо Мэган и успокоил ее:
— Никто не съест больше одного куска, Мэган. Даже я. Так что твоему папе хватит.
— Если он вообще приедет, — пробормотала я едва слышно, одним дыханием, так, чтобы Мэган не слышала. К сожалению, это услышала Энн. Она обеспокоенно посмотрела на меня. Мы обе выглянули в окно, где падали первые снежные хлопья.
Губы Энн вытянулись в одну линию. Я знала это выражение, когда Энн сердилась или огорчалась. Сейчас она выразила этим свое отношение к отъезду Джейсона в Калифорнию.
— Иногда нужно пускать в ход и запреты, Кэтти. Ты привыкла считать, что Джейсон всегда прав. Обычно так и бывает. Но нельзя же соглашаться со всем, что он хочет и делает. Иногда наша любовь проявляется как раз в запретах.