Потом все произошло быстро. Нашелся покупатель Галерей, и новые хозяева — целый конгломерат — переехали быстро. Они даже не пожелали оставить Джорджа на переходный период: у них для этого были свои люди. Через три дня все, что осталось от династии торгового центра, — это только имя — Галерея Старка — на каждом центре, да и это со временем должно было исчезнуть, как только новые хозяева постепенно получат признание покупателей.
Итак, мы все вместе отправились на побережье. Лу, я и мои дети. Джейсон, которые приехал сюда для подписания необходимых бумаг, Джоржд и Энн и их дети.
Я и Энн вместе отправились искать себе дом. Консультантом мы взяли Джейн, а ее мать Эллен в качестве агента по недвижимости. Я выбрала средиземноморскую виллу Бенедикт с бассейном и теннисным кортом, так как, по мнению Джейсона, главе студии необходим: огромный дом в Беверли Хиллз со всем личным снаряжением — вроде передовых позиций фронте. А Энн выбрала Энчино в Вэлли, так как она хотела растить детей ближе к загороду, а не в лишенном простоты метрополисе — ближе к природе, как она объяснила. И, несмотря на то, что я скорее бы хотела, чтобы мы жили дверь в дверь, чем в 20–30 минутах езды друг от друга, я не могла противостоять ее логике. Джейн с презрением фыркнула. У Вэлли не было отличительного знака, а Эллен Вилсон тянула носом воздух, как будто чувствовала неприятный запах. Но Энн спокойно сказала: «Если вы не сможете договориться насчет дома в Вэлли, то, возможно, я найду себе другого брокера». После чего Эллен вынуждена была вести себя по-другому.
Я только хихикала по этому поводу. Я была на первом месяце беременности, и мне все казалось забавным. Но я сильно волновалась за Джесику, которая сказала мне, что тоже беременна.
Я предпринимала все, чтобы оградить себя от каждодневной суматохи на студии, старалась оставаться только женой, матерью, а сейчас уже — беременной дамой. Однако Джейсон настаивал на том, что он должен советоваться со мной по большинству вопросов.
— Так всегда было и так должно быть, — сказал он. — Я не могу себе представить, как буду принимать решения без тебя. Ты меня сделала зависимым.
Подобные заявления заставляли мое сердце биться чаще, я внутренне трепетала от волнения, но я противилась этому.
— Ты говоришь обо мне как о наркотике.
И он ответил в манере Хэмфри Богарта:
— Ты и есть наркотик, малышка. Ты в моей крови, и я никогда не избавлюсь от тебя. — После этих слов мой пульс участился еще больше.
Я обставляла дом, покупала мебель, водила детей в школу, пыталась найти прислугу на неполный день, чтобы содержать огромный дом в порядке (так как Лу отказалась заниматься домашним хозяйством целый день). Мне оставалось воспринимать все это как забаву. Как владельцы студии мы должны были иметь полный светский распорядок. Кроме обычных вечеринок сюда входили просмотры, обеды в честь награжденных, благотворительные мероприятия. И Джейсон никогда бы не позволил мне отпроситься, даже когда мой живот, обгоняя меня, первым входил в комнату.
— Мы всегда все делаем вместе, и ничего не должно меняться только потому, что мы в Голливуде, — повторял он снова и снова.
Но я поклялась, что, как бы ни была занята, я всегда должна оставлять время для моих друзей. Поэтому я часто навещала Джесику, так как моя беременность протекала легко, а Джесике было предписано придерживаться строгого домашнего режима (из-за ее прошлых выкидышей).
Но мне не пришлось застать ее удрученной. Она оборудовала для себя спальню внизу, чтобы не подниматься по лестнице, и бодро топала своими босыми ногами по нижнему этажу дома в цветастых платьях, с распущенными длинными светлыми волосами. Внезапно она превратилась в цветущую розу, как принято говорить, улыбающегося цветущего ребенка, в подлинном смысле этого слова, хотя цветущие дети сейчас и не в моде. И удивительно, что она даже не сомневалась, что ребенок, которого она носит и которого будет рожать, сильный, здоровый ребенок, хотя я раньше думала, что она будет сгустком нервов и тревог.
В это утро я приехала к Джесике около одиннадцати часов. Убедившись, что машины Грега нет поблизости, припарковала свою машину. А около полудня, когда мы сели на кухне пить чай, появился мужчина — светлый, высокий, загорелый, одетый в джинсы и футболку — настоящий викинг; он появился без какого-либо предупреждения (что сразу же говорило о чем-то, будь я повнимательней). Но увидев его, я потеряла дар речи — от разительного сходства с Йоном Войтом. Неужели здесь все похожи на каких-то актеров? Или только я так все воспринимаю?