За все время пребывания в Лас-Вегасе мы с Джейн едва перемолвились одним словом, и после возвращения я отправилась навестить ее.
Она была ненакрашена, одета в старый серый свитер и в выгоревшие вельветовые джинсы от Кальвэна. В первый раз я видела ненакрашенную Джейн в неофициальной одежде. Даже ее волосы выглядели тусклыми.
— Джо уходит от меня, — выпалила она.
Я не могла поверить.
— Когда это все случилось?
— У него есть любовница, — сказала она безжизненным голосом, глаза были сухими, как будто ей уже не хватало слез. — Он иногда с ней видится. Ее зовут Бабетт Таун — она разведена с Хьюстоном. Эти разведенные женщины в свои тридцать или сорок лет — самое худшее, не то что симпатичные юные двадцатилетние штучки. Разведенные женщины на пороге среднего возраста просто жаждут крови, именно они действительно охотятся за мужьями других женщин. Бабетт Таун богата! Просто изобилие денег. Теперь я действительно потеряла Джо.
Я хотела сказать: «Не велика потеря», но сейчас было не время.
— Но он все еще с тобой. Ты только что ездила в Лас-Вегас с ним.
— Все равно он уходит от меня. Бабетт купила дом в Бэл Эар. Поместье. Семь с половиной акров. Мне все рассказал Джо. Он сказал, что там корт лучше нашего. Но у нее двое детей, и она не разрешит ему переехать к ней до тех пор, пока он не разведется и они не поженятся. Таким образом, он остается здесь, пока мы не разведемся.
Мне стало трудно дышать. Это было неслыханным нахальством, даже для Джо.
— Я знаю, что ты думаешь о Джо, — пробубнила она. — Ты считаешь его рыхлым мужем. Но знаешь ли ты, что до того самого момента с Сесиллией он никогда не изменял мне. На этот раз в Джо что-то пришло в движение, как они говорят, что-то, что потенциально вызывает рак в наших организмах. После Сесиллии он отправился искать работу — своего рода попытка оглядеться. Я знала это, но ничего не сказала. Я просто пыталась все в доме сделать более привлекательным и удобным для него. И больше устраивать вечеров, — она захныкала, — потому что он это очень любит. И я пыталась, чтобы дети были с ним более нежными. Так бы он захотел больше бывать дома. И я думала, что сделала все для этого. Но потом он встретил Бабетт, и все было кончено. Он не смог устоять — слишком много денег, слишком высокий класс — она всегда носит все бежевое.
— Что это означает? Все бежевое?
— О, она занимает высокое положение в обществе. Я не говорила об этом? Она занимает высокое положение в обществе… как настоящая леди и носит все бежевое. Всегда. Джо сказал мне: бежевое от головы (ее волосы тоже бежевые) до ног.
— Мне просто скучно слушать. Ты не думаешь, что это может пройти? Я имею в виду Бабетт? Не поэтому ли ты позволяешь Джо оставаться дома?
— Нет. Я не думаю, что это пройдет. Бабетт — это то, о чем Джо мечтал всегда. Настоящая принцесса в 24 карата. Ты знаешь, раньше ему я всегда была нужна. Я могла делать что-то, заниматься всем. А у Джо всегда были проблемы. Но сейчас Джейсон гарантирует ему участие в пяти фильмах в течение последующих семи лет, дал ему обязательство. И Джо стал высоко парить в облаках. Он даже не думает, что ему необходимо что-то или кто-то помимо Бабетт, что придаст ему стиль. Он говорит, что я слишком нью-йоркская.
Но что это означает?
— Что как только я открываю рот, всем становится ясно, что я из Нью-Йорка. И что я слишком агрессивная.
— Но ты ведь не из Нью-Йорка — ты из Нью-Джерси, — я глупо заспорила.
— Джо сказал, что это одно и то же.
— Она хорошенькая? Она лучше Сесиллии? — Слова выходили из меня сами собой, и в данных условиях они выглядели более чем нетактичными. Я шлепнула себя по губам.
Но Джейн даже ничего не заметила.
— О Боже, нет! Я видела ее только однажды на вечере. Она… смотрится аккуратно… и очень скромно. Но никто бы не назвал ее хорошенькой. Ты не понимаешь Джо. Он никогда бы не стал спать с Сесиллией, если бы не думал, что это в его интересах, в интересах его карьеры. Внешность никогда для Джо ничего не значила. Ты знаешь, как Сесиллия ребячилась: называла себя слегка постаревшей деревенщиной из Кентукки. Ну, так же и Джо думал о ней: как о деревенщине, не имевшей положения в обществе. По крайней мере, я, — Джейн слегка возгордилась собой, — была воспитана, чтобы жить как леди, даже если мы не были, как вы теперь это называете, из общества…
Я действительно разозлилась.
— Джейн, неужели ты никогда не чувствовала, что уже не можешь безучастно относится ко всему? Что особенно сейчас ты не должна соглашаться с тем, что говорит Джо? Если он разводится с тобой, пошли его ко всем чертям!