— Я же говорил тебе, что идет дождь, — сказал Гэвин.
— Но в это время года никогда не идут дожди, — ответила я ему.
Джейсон кивнул Гэвину.
— Это самое привлекательное в жизни Южной Калифорнии. Всегда ждешь неожиданного.
Дети заняли места в автомобиле, размером с вагон, Джейсон и Гэвин пожали друг другу руки. Джейсон занял свое место на водительском сидении машины, а Гэвин подошел к своему «Вольво». Я приблизилась к Гэвину, чтобы попрощаться.
— Не пропадай.
Он многозначительно посмотрел на меня.
— Он удивительно прекрасный парень. В самом деле.
Я вздохнула.
— Всю жизнь люди говорят мне это.
Когда мы приехали домой, подруга Мэган, Фаун, и долговязый шестнадцатилетний юноша по имени Ларри, уже ждали нас. Как они точно сумели вычислить момент нашего возвращения, для меня показалось загадкой. Но на нее тут же нашелся ответ.
— Я была очень взволнована, когда ты сообщила мне по телефону, что возвращаешься, Мэгги. Ты позвонила как раз вовремя. Я думала, мать задушит меня голыми руками. — Фаун сидела, изящно-утонченная, одетая в гамму цвета розовой орхидеи — рубашка, брюки, кроссовки и кепка с козырьком.
— Что же такое ты сделала маме, Фаун? — спросила я, заранее убежденная, что убийство от рук матери не грозило ей.
— Лаура набросилась на меня, как обычно. С тех пор, как отец ушел от нас и мы были вынуждены переехать в эту жалкую комнатушку, Лаура без конца придирается ко мне. Особенно когда я высказываю свое отношение к ее мужчинам, что они далеки от идеала. А сегодня, когда я сказала, что последний из них, Сид, воплощение неряшливости, она ударила меня. Она буквально ударила меня. Тогда я вышла на террасу и пронзительно завопила: «У Лауры Райт искусственные волосы, искусственная грудь, искусственные зубы и украденный нос».
Ларри и Мэган рассмеялись, а я остолбенела от такой характеристики Лауры.
— Это было до дождя, или дождь уже начался? — спросила я, надеясь, что матери Фаун удалось по крайней мере, избежать аудитории соседок, которые сидели на террасе.
— Конечно до! Дождь идет здесь всего минут двадцать.
— Но это была очень злая шутка, Фаун.
Она задумалась, пожала плечами.
В гостиную вошел Джейсон.
— Лу кажется чем-то очень подавлена, — сказал он мне. — Почему бы нам не поехать всем на обед?
— Лу не поедет с нами наверняка, — сказала я. — Ты же знаешь, она находит массу причин, чтобы отказаться, когда я прошу ее об этом.
— Нет, она поедет. Я только что говорил с ней об этом.
— О Боже! — простонала Мэган, закатывая глаза перед своими приятелями. — Мало того, что мы вынуждены ехать со всей этой малышней, Бекки, Мики, Мэтти и Митчелом, но с нами поедет еще и Лу. И куда мы можем поехать со всей этой толпой?
Вместо того, чтобы одернуть ее, Джейсон обратился к дочери:
— Может быть, к «Тони Роме»? Ты любишь бараньи ребрышки в этом заведении? А гору жареного лука?
— Она очень хочет поехать к «Тони Роме», — сказала я. — Я хочу поговорить с тобой, Мэган. Давай выйдем.
Мы прошли в библиотеку. Но прежде, чем я что-то успела сказать, Мэган сама обрушилась на меня:
— Мама, неужели мы возьмем с собой Лу? Я думаю не о себе, и даже не о Фаун. Я люблю Лу. Но что подумает Ларри? Что за семейка, которая едет в воскресенье на обед с прислугой!
— Лу — не прислуга. Она наша домоправительница и друг. Послушай меня, Мэган: такие Ларри приходят и уходят, поверь мне. В твоей жизни их может оказаться сотни, пока ты не остановишься на одном из них. А Лу? У тебя никогда больше не будет такой Лу. Ларри пришел и уйдет, а Лу останется здесь. Подумай об этом!
Мэган покраснела от стыда.
— Но папа сказал, что мы поедем в «Тони Рома». Это же не для Лу. Нам лучше поехать в «Спаго» или «Пастель».
— Ты не права, Мэган. Я думаю, что твой отец подумал о твоих братьях. Что им лучше всего будет у «Тони Рома». А что касается Лу, то мы могли бы взять ее даже на прием к королеве.
Мы уже почти вышли, когда зазвонил телефон. Я подпрыгнула, Джейсон и Лу тоже напряглись. Складывалось впечатление, что мы все трое ждали от телефона только неприятностей или плохих вестей. Я думала только об Энн и Пети.
— Я отвечу, — сказал Джейсон, возвращаясь.
— Нет, я, — сказала я, подбежав бегом к телефону. — А ты иди к машине и размести в ней всех. — Я взяла себя в руки.
— Догадайся, что случилось? — чистый, взволнованный голос Джейн доносился из трубки.
У меня вырвался вздох облегчения. Наконец я услышала голос неподдельной радости.