новость о рождении ребенка взволновала нас. Надеемся, что скоро приедем, чтобы увидеть тебя, Джейсона, маленькую Мэган. Вместе с тем ваше сообщение немного опечалило меня, потому что мы с Джо решили ждать, по крайней мере, десять лет, чтобы иметь своего маленького крошку. К тому же это только планы. Джо продолжает работать на телестудии. Работать приходится очень много, но он считает, что его все еще не оценили по достоинству. Студия местная, как ты знаешь, а он старается ввести ее в сеть центральных.
Что касается меня, то у меня прекрасная работа в издательстве. Я работаю младшим редактором. И это так восхитительно — читать рукописи и встречаться с писателями: большое количество прекрасных обедов за их счет.
Между нами говоря (а бумага нас не выдаст), я думаю, что Джо отходит на второй план, потому что моя работа более романтична, чем его. И можешь себе представить, я зарабатываю столько же, сколько он.
Пиши, как растет Мэган и вообще, что происходит с семейством Старков.
На следующий день пришла и другая посылка из Блумингдэйла, Нью-Йорк, — подарок Сесиллии для Мэган. Это были влагонепроницаемые штанишки с пестрым в красный горошек платочком, торчащим из бокового кармана, а к ним распашонка с надписью: «Упрямому Гаю!» Я не удивилась надписи, от Сесиллии трудно было ожидать чего-то другого.
Чудный подарок для дочки я получила и из Калифорнии от семейства Наваресов — крохотное белое платьице с кокеткой, украшенной ручной вышивкой: розовой, голубой, желтой. А я послала им свадебный подарок — фигурку пастушки из дрезденского фарфора. Она так напоминала мне Джесику. Не зная, куда послать подарок, я отправила посылку на имя матери Джесики, куда я всегда писала подруге. Через несколько недель Джесика позвонила мне, сообщила, что получила подарок, он ей понравился, и что она беременна.
Я забеспокоилась.
— Как восприняла это твоя мать — выход замуж за Грега и намерение иметь ребенка?
— Трудно сказать, — ответила Джесика. — Ты ведь знаешь, моя мать непредсказуема.
Когда Патриция узнала о побеге дочери, ее реакция была удивительной. Она не бушевала и не бранилась, чего с ужасом ожидала Джесика. Вместо этого Патриция как-то криво улыбнулась, скрестив руки на груди, словно предупреждая: «Ну, сейчас ты добилась, чего хотела. Посмотрим, что из всего этого получится».
Сначала Патриция ничего не подарила им на свадьбу, и Джесика подумала, что ее мать самонадеянно полагает, что без денежной подпитки новый муж крайне разочаруется и разойдется с Джесикой. Но когда через несколько недель Джесика объявила, что она беременна, мать снова удивила ее. Она подарила новобрачным дом, большой великолепный дом в Бэл Эар. Казалось, что дом стал благословением Патриции на брак. Но она заставила Грега подписать документы, оговорив очень высокую ежемесячную плату, а годовые выплаты подсчитывать по текущим расценкам. Понятно, что эти платежи не могли быть внесены. «Это было формальностью, — сказали юристы, — юридические тонкости, необходимые по законам собственности, негласно установленные обществом, особенно с тех пор, как налог на развод стал в Калифорнии так высок».
Уже после того, как они переехали в этот дом, Джесике стало казаться, что мать удобно устроилась на стуле и наблюдает за всем происходящим так, как будто замужество Джесики было спектаклем, а мать — зрителем на нем. У Джесики было неясное ощущение какой-то фальшивости. Она даже не могла это четко выразить. Но когда они попытались обставить свой новый дом, содержать его, привести в порядок сад и бассейн на те средства, которые Джесика получала от небольшой работы в музее, им это, конечно, не удалось. И тогда она поняла стратегию матери. Кроме финансовых затрат на дом они имели необычайно высокие ежедневные текущие расходы. Без двух машин жизнь в Бэл Эар была невозможна. Много затрат требовал гардероб Грега, напоминавший гардероб звезды первой величины, не говоря уже о его еженедельной стрижке, затрат на занятия физкультурой и массаж. А его случайные заработки в качестве модели или участие в телевизионных бит-концертах были настолько редкими, что немного добавляли в их семейный бюджет. Мать насаждала денежную проблему в их быт, вот в чем было дело. Джесика нашла очень простое решение:
— Если мы не можем содержать дом и оплачивать наши счета, то должны переехать — отдать дом назад матери и переехать в квартиру, которую мы можем себе позволить.