— Я-то для них на все готов, согласен даже всю ночь напролет цитировать этим двум девицам свод законов, причем с выражением и со всем своим старанием, а они, бессердечные, не ценят широты моей души, жалят жестокими словами, да еще и укусить рады!.. — вздохнул Эж, театрально хватаясь за голову. — А ведь две змеи — это уже серпентарий! Как жить-то буду?!
Дело кончилось тем, что парень получил сразу два подзатыльника — от меня и от Лидии, после чего раскаялся, пообещал вести себя хорошо и в ближайшее время не вспоминать ни о каких параграфах судебных сводов. После этого мы еще долго смеялись и рассказывали забавные истории, которые когда-то происходили с нами, и пока, наконец, не поняли, что посиделки уж слишком затянулись, после чего Лидию отправили спать. Она быстро уснула, но, послушав ее ровное дыхание, я поняла, что мой сон окончательно пропал. Пожалуй, лучше пока что подежурить, а Эжа я разбужу позже.
— Как она?.. — шепотом спросил Эж, когда я уселась рядом с ним на приступок у стены.
— К счастью, пока все в порядке… — вздохнула я. — Лидию можно понять, тем более что о ее психоэмоциональном состоянии можно даже не упоминать. Еще у нее хватает выдержки и сил на долгие пешие переходы, и это меня по-настоящему удивляет — кажется, она идет на одном упрямстве и силе воли. И ее токсикоз мучает, но она делает все, чтоб мы этого не заметили — не хочет нагружать нас своими проблемами со здоровьем. Ее выносливость и терпение меня просто поражают — знал бы ты, какие чудачества и срывы иногда случаются у женщин, находящихся в интересном положении! Хорошо еще, что она не очень страдает от гибели Эдуарда — кажется, ее огромная любовь к нему постепенно сошла на нет, чему, кстати, он сам очень поспособствовал. А еще Лидия очень боится за своих детей — это, кажется, беспокоит ее больше всего…
— Знаешь, я был поражен, когда ты рассказала о себе… — чуть поколебавшись, произнес Эж. — Никак не думал, что твоя сестра имеет какое-то отношение к отцу моего давнего приятеля, но, похоже, так оно и есть. Надо же, на земле столько людей, но мы все же умудряемся пересечься каким-то невероятным образом!
— Сама была изумлена не меньше, когда поняла, что ты упоминаешь о Лилечке.
— Я уже давно понял, что большинство людей эгоистичны и слабохарактерны — это факт. Ну, такие есть, и с этим ничего не поделаешь. Все хотят счастья для себя, порой даже переступив через чувства близкого человека. Для примера можно взять моего отца и твою сестру…
— Не сыпь мне хлорид натрия на нарушение анатомической целостности покровных тканей.
— Что?.. — не понял Эж.
— Перевод на нормальный человеческий язык — не сыпь мне соль на раны… — улыбнулась я. — Когда училась в медицинском училище, то мы с девчонками часто переводили в лечебную плоскость некоторые известные выражения. Это одно из них.
— Забавно… — Эж покачал головой. — Знаешь, когда я тебя впервые увидел, то ты мне совсем не понравилась. А еще я разозлился на Ксению Павловну за то, что она прислала мне на помощь женщину — не мог понять причину, по которой ее выбор пал на тебя. На мой взгляд, это неоправданный риск: разбираться с опасными делами — прерогатива мужчин. К тому же я привык полагаться только на себя, а те дамы, среди которых я обычно вращался — от них, как правило, помощи немного. Еще я почему-то решил, что ты решила отправиться сюда, как и Лидия, ради того, чтоб материально помочь своему кавалеру, который попал в сложное положение, и ты, как верная подруга, решила сделать все, чтоб вытащить его из финансового болота, в котором тот увяз по самые уши!
— Ничего себе!.. — рассмеялась я. — Нашел декабристку! Подобное мне даже в голову бы не пришло! Ну и фантазия у тебя! Как мне сказала Ксения Павловна, она сама немало удивилась, когда поисковая магия указала ей на меня. Возможно, если бы у нашей общей знакомой не было б таких сложностей со временем, то она постаралась бы найти вместо меня кого-то иного, но в итоге решила все оставить, как есть. Надеюсь, сейчас ты уже не считаешь меня каким-то недоразумением, по ошибке присланным на твою многострадальную шею?
— Я притерпелся… — хохотнул Эж.
— Ты, знаешь ли, тоже не очаровал меня с первого взгляда… — пожала я плечами. — К тому же к красивым мужчинам я отношусь с опаской и неким предубеждением. Больше того — первое время ты меня даже выводил из себя. Так что, считай, мы квиты.
— Сдаюсь, ты права… — парень шутливо поднял вверх руки. — А если говорить серьезно, то у нас есть небольшая проблема, и связана она как раз с тобой: я уже не раз упоминал о том, что твоя внешность в этом мире считается если не эталоном красоты, то чем-то вроде того, а для нас это очень плохо — слишком приметно. Не знаю, замечаешь ты это, или нет, но большинство мужчин провожают тебя заинтересованными взглядами. Если даже не запомнят нас, то при расспросах стражников или храмовников о том, не видели ли они таких-то людей, всегда найдутся те, кто может сказать, что недавно видел очень красивую женщину в компании нескольких представителей человеческого рода, очень похожих на тех, о ком вы расспрашиваете… А это след, по которому можно идти.