— Да, в этом смысле нам не повезло…
Признаюсь — я сама уже не раз замечала неподдельный интерес со стороны здешних мужчин к моей скромной персоне. Конечно, с одной стороны мне, как и любой женщине, приятно, что на меня обращают внимание, а с другой стороны — это последнее, чего мне бы сейчас хотелось.
— Постараюсь вести себя как более незаметно, хотя это вряд ли получится… Да, и вот еще что. Помнится, Ксения Павловна говорила о том, что послала в этот мир еще одного человека на поиски Лидии, и после этого своего посланника она уже не видела. Тебе о его судьбе ничего не известно?
— Нет. Разумеется, Ксения Павловна говорила мне о нем — я же отправился сюда после того, как этот человек исчез и не давал о себе знать. К сожалению, о его судьбе мне ничего не удалось узнать, хотя я приложил немало сил, чтоб это выяснить. Похоже, тот человек пропал бесследно.
— Жаль, не повезло бедняге… — искренне вырвалось у меня.
— И не говори.
— Вот что, мы с тобой, кажется, заболтались… — повернулась я к Эжу. — Ложись-ка ты, милый друг, спать, а я тебя потом разбужу. У меня сейчас сон сбился, и я себя знаю — буду несколько часов крутиться с боку на бок, пока не задремлю. Потому-то я предпочитаю посидеть и подумать в тишине о несовершенстве этого мира, вместо того, чтоб вертеться волчком на полу.
— Если это тебе не сложно…
— Не сложно, так что ложись спать. И не беспокойся — если будет какая-то опасность, то я тебя разбужу.
Уговаривать Эжа не пришлось — не прошло и минуты, как он заснул на полу, а я сидела на широкой ступени у дверей, смотрела на свет в пирамидке и вслушивалась в звуки, доносящиеся снаружи. Непонятных шумов и звериных голосов хватало, только почти все они доносились издали. Похоже, гарь от пожара, и верно, держит местных хищников на расстоянии от поляны. Ну и хорошо, нам спокойнее.
Наверное, именно из-за этого спокойствия, а еще потому, что мне пришлось рассказать о себе Эжу и Лидии — оттого мне на память пришли воспоминания о бабушке и о Муравьевке, а заодно и о Дружке. Дело в том, что вновь в Муравьевке я оказалась только после окончания первого курса училища: к тому времени стала брать небольшие подработки, и сумела скопить немного денег, которых вполне хватило на поездку в ту дальнюю лесную деревушку. Все прошедшие годы мне очень хотелось вернуться сюда, чтоб вновь увидеть те места, где когда-то я была так безмятежно счастлива.
Есть стихи Геннадия Шпаликова:
Именно эти чувства я испытала, сойдя с автобуса и вновь оказавшись в деревушке моего детства. Сейчас там, в подавляющем большинстве, жили дачники, многие дома были подновлены и перестроены, а те немногочисленные обитатели Муравьевки, которых я встретила, были мне незнакомы. Изменения, прошедшие за прошедшие годы, были так велики, что на какое-то мгновение мне даже показалось, будто я приехала в иное место. К нашему дому, вернее, к дому бабушки была пристроена большая летняя веранда, крыша покрыта новым железным листом, а на дворе играли двое маленьких детей, за которыми присматривала молодая женщина — мои родители давно продали бабушкин домишко, и теперь там другие хозяева.
Постояв в отдалении несколько минут, я направилась к дому бабы Глаши: наша соседка, несмотря на довольно-таки значимый возраст, находилась в полном уме и добром здравии. Давняя подруга бабушки уже поджидала меня, сидя на скамейке возле своего дома — о приезде мы с ней договорились заранее. Удивительно, но она меня сразу же узнала, и обрадовалась, будто родной. Затем она отвела меня на кладбище — без нее заросшую травой могилку бабушки мне было бы не отыскать. У меня ушло немало времени, чтоб навести там порядок и посадить цветы, которые я привезла с собой. С кладбища я ушла уже вечером, вволю наревевшись, и с чувством того, что у меня наконец-то появилось место, куда я могу изредка приходить, чтоб просто поговорить и отдохнуть душой.