Подстриг его, да в форму привел. По итогу обходили нас уже двоих стороной. Тогда мы ещё загорелись тем, что надо о будущем задуматься. Вышли из детдома, и нам естественно квартирки перепали. Не долго думая, избавились от них и тюнинговали себя.
Я китайский изучил, Илюха на права учится пошел. Я на права учится, а Илюха на айти курсы пошел.
Ровно год на тюнинг ушел, и за это время мы сумели продумать всю цепочку своего бизнеса. Отправились в Китай и прихуели. Благо дело морду бить умели, но с оружием столкнулись в первый раз.
Илюхе в ребро попали, а я потом мстить пошел. Короче первое и последнее мое убийство до сих пор в голове и душу ранит. Страшное это дело. Меня тогда месяц из состояния тревоги вытащить нельзя было. Но я сам себя в порядок привел, да и всё обошлось. Списали на самооборону.
Помог местный авторитет. Не большой человек, но всё же вписался, мол нравятся такие преданные и бесстрашные. Тут и связи в руки поплыли, защита была, ибо скорефанились и каждый барыга палева знал, кто за нами стоит.
Контакты пришлось мониторить долго, но мы всё же нашли дельные и по карману. Илюха с партиями отправился в Москву, а я ещё с одними позже. В Москве пришлось уже искать заказчиков, ведь теперь поставщиками являлись мы.
Ха-ха. Барыгами из Китая.
В общем дело зашло, и обогатились мы на треть часть свыше от затраченных средств. Со временем поняли, что лучше просто на двух границах работать, а именно я с титанами китайскими по криминалу тут решаю, да закуп подешевле организовываю. А Илюха в Москве хороших заказчиков разыскивает и клиентскую базу пополняет.
Докурил и хмыкнул, отгоняя прошлое в самый потаенный ящик. Сразу в голову ударило осознание, что я всё-таки возвращаюсь на родину, спустя четыре года.
- Студент, оказывается, — усмехнулся. — Ну пиздец.
2. Беда не приходит одна.
Теона.
- Ты уверена, что нас не прикончит этот мужик? - спросила Алена.
Посмотрела на неё пристально и глазами зацепилась за бледность на коже. Глазенки выпученные и наполненные ужасом. Каштановые волосы от страха дыбом встали. Даже на руках заметна поросль мурашек. Страшится Алена, и я решила, что лучше просто успокоить её сейчас, да и самой как-то это сделать нужно. Хотя понимаю, что в такой ситуации это сложно.
Взяла себя в руки и улыбнулась своей самой глупой улыбкой. Всегда так делаю. Мне это помогает скрыть с лица всё то, что творится внутри. А внутри целое торнадо страха бушевало. Било в груди и плевалось ужасом. Ноги предательски дрожали, поэтому накрыла их папкой и сумкой, чтобы скрыть.
- Не прикончит, сейчас просто папе позвоню, и всё устаканится, - сказала я и вздрогнула от удара по лобовому.
Мужик такие оскорбления орал, что уши трубочкой заворачивались. Он то колеса пинал, то в двери по стеклу кулаками махал, а вот сейчас вообще на капот запрыгнул и по лобовому стучит да пальцем указательным тычет. Пока орет что-то, я прямо-таки каждую новую каплю его слюны на лобовом замечаю.
Снова удар по лобовому, и мы одновременно с Аленкой вздрагиваем. Пока звоню отцу, смотрю на его машину и понимаю, что вина, конечно же, моя.
Болтать меньше надо за рулем, отец именно это отчеканит, когда кричать, как этот неандерталец, будет. Если будет... На моем «Мустанге», наверное, повреждения не сильные, а вот на его старенькой «Королле» весь задний бампер помяло. Возможно, в кредит взял машину или же в наследство осталась, а тут моя машина сейчас таких проблем финансовых принесла. Наверное, поэтому мужчина взбесился...
Гудки прекратились, и я набрала побольше воздуху в грудь, понимая, что сейчас нужно как можно лучше притвориться маленькой и глупенькой девочкой, чтобы папа из телефона не выскочил и по попе а-та-та не сделал. Буду давить на жалость! Опять же, если она вообще ему нужна...
- Папочка! Родненький! Любименький!
- Что ты опять натворила, Теона? - выдохнул угрюмо мой папа, словно я уже его разочаровала.
- Я просто прямо ехала, а тут он и его машина такая большая. Видимости не было, и я как... Ой, пап... Мне страшно. Он кричит, - шмыгнула я носиком наиграно.
- Опять? Теона, я за этот месяц машину тебе ремонтирую второй уже раз, - прошипел он, и я подальше отодвинула телефон от уха.
Вдохнула полной грудью, чтобы придержать в себе весь пыл. Только когда шипение отца не было слышно, я прислонила телефон обратно. Сглотнула, смотря на то, как мужик уже проводит пальцами у своего горла, дав понять, что с этой аварии мы живыми не выйдем.