- Ладно, иди. И раз уж так всё сложилось, то спасибо за помощь с документами.
- Рада была помочь. Всего доброго.
Поворачиваюсь к Гоше и собираюсь выйти за ним в коридор, когда в спину прилетает.
- Удачи на собеседовании, Елова.
Оборачиваюсь и киваю в знак благодарности. Ловлю...нет, не улыбку, но взгляд, в котором она читается.
Но и этого достаточно, чтобы у меня внутри всё развезло от укольчика чего-то сладко-воздушного.
Упс...
***
Собеседование с заведующей регистратурой проходит успешно. Пусть она и выглядит суровой, строгой теткой, но я ей явно нравлюсь, и она сразу же отправляет меня со всеми документами на заключительную беседу с главврачом.
Если та сейчас даст добро, завтра же мне можно будет выходить на работу.
Воодушевление смешивается с паникой. Держа руки в кулаках, трепеща, иду к внушительной двери нужного кабинета.
- Хороший у тебя опыт работы... - говорит мне главврач спустя четверть часа нашей беседы. Она листает страницы в папке и кивает, прочитывая очередной абзац. - И рекомендация есть. Тяжело было в ФАПе работать? В такие дали тебя занесло.
- Тяжело... - признаюсь, неохотно вспоминая те дикие деньки. - Там работы много, рук не хватает, а помочь хочется всем...
Это была чистая правда.
- Ну, ладно. Меня всё устраивает, Маша. - Тураева поправляет свои очки в стильной крокодиловой оправе и вскидывает на меня взгляд. - Можешь прямо сегодня начинать обустраиваться на рабочем месте и потихоньку входить в рабочий процесс. А с завтрашнего дня - уже начнешь работать полноценно.
Улыбаюсь и с готовностью киваю.
Тураева Марина Анатольевна, высокая блондинка в изысканных украшениях, в белом халате поверх своего стильного костюма, встает из-за стола и ведёт меня из своего кабинета в регистратуру чтобы самой всё показать.
Шагаю за ней по коридору едва ли не вприпрыжку.
Какое же это счастье, что меня взяли на эту великолепную работу!
На душе разливается сладкое-сладкое тепло.
Может, и новая жизнь не за горами!
Приходим, и я осматриваюсь.
Моё рабочее место - это аскетичный стол с телефоном, органайзером для бумаг и стаканчиком с канцелярскими принадлежностями. А ещё тут есть большой монитор и гудящий у ног компьютер.
Огромное стекло отделяет мой стол и стол двух других приемных медсестер от всего мира, а позади - длинные ряды картотеки с папками и документами.
Всё это мне знакомо. Уже работала так, опыт есть, однако на этот раз вокруг всё такое продуманное и навороченное, что дух захватывает.
А ещё много чего крутого чисто для сотрудников регистратуры: начиная от кулера и кофемашины, заканчивая новейшими программами для ведения документооборота.
Минут через пять Тураева уходит, желая мне быстро и с комфортом освоиться на рабочем месте, а вместо неё возле меня появляются две мои коллеги.
- Привет, я Дарина, - здоровается со мной светловолосая девушка с толстой косой за спиной.
Дарина улыбчивая и в веснушках, синие глаза горят на лице, приветливость зашкаливает. Очень милая девушка.
- Маша. Очень приятно.
- А это Люся... - Дарина кивает в сторону смуглой девушки с копной каштановых кудряшек.
- Привет, - здороваюсь.
- Она кофеманка, - добавляет Дарина и хихикает.
Люся отпивает кофе из черной чашки и с улыбкой подмигивает мне.
Девчонки быстро помогают мне освоиться, дают почитать полезную информацию в методичке, всё показывают и рассказывают, показывают какие-то лайфхаки по работе...
Мой великий энтузиазм позволяет мне колоссально быстро сосредоточиться на поступающей информациии и впитывать всё, как губке.
Но как только приближается первое завершение ознакомительного дня, мои мысли потихонечку начинают уплывать в сторону Борового.
Десять лет назад мы с ним уже виделись...
Я плохо помню тот день, но помню... как трепещала, когда увидела его впервые.
Теперь вот, мы встречаемся снова.
И... ведь ничего не изменилось.
От него по прежнему исходит волна мощной энергии, пронизывающей всю душу и всё тело.
А ещё он такой...
Мощный, красивый, харизматичный...
Обладенный мужик, двумя словами.
Вздрагиваю.
Так, Маша, ну камон, ты что?
О чём ты думаешь?!
Завтра первый рабочий день, а ты уже плывешь...
А если он вообще того... женат?! Наверняка ведь!
Начинаю густо краснеть. Стыдно, да и только!
Про работу бы лучше думала.
Да вот как только дело доходит до разговоров с коллегами - снова всплывает животрепещущая для меня тема о Боровом...
И сколько же я всего узнаю за один этот разговор.