Вот и Паульсен. Заказал скромно, без алкоголя, воды попросил. Деловой контакт, не гулянка. Мы коротко переговорили, я дал ему ценные указания, мы в который раз уже обсудили, что надо делать и сколько долларов можно положить в особый конвертик. Иносказательно, конечно – в «Праге» слушают столики.
Думаю, директор и сам бы справился. Это я в фарминдустрии ни фига не рублю, а он уже сколько собак съел и чиновников подкупил…
А потом я подумал: ёлки-палки, а что же я не использую на всю катушку свое ноу-хау? И озадачил его и омепразолом, и разработкой производства всего для тройной и четверной терапии язвы в заметной упаковке. Сейчас все бросятся осваивать этот рынок с хеликобактер, так должны же мы урвать кусок этого пирога. Подумал – и нарисовал ему усовершенствованный костыль. Пусть американцы утрутся, нам самим денежки нужны.
На прощание я купил в «Праге» их фирменный тортик. Зря, что ли, ходил сюда? Салатик не в счет вообще. От предложения подвезти Фредерик отказался, сослался на желание прогуляться перед сном, посмотреть Красную площадь. Железобетонный дед. А я поехал домой. Мне там больше нравится.
Тортик был встречен на «ура». Естественно, сразу же поставили чайник и вытащили для прохождения испытаний заварник объемом литра три, купленный сегодня.
– Тебе звонили, кстати, – сказала Аня, расставляя на столе чашки в крупный красный горох.
– И кто? Почему доклад не по форме, к слову?
– Эх ты, командир, – она взъерошила мне волосы. – Какой-то Башкатов, что ли. Да погоди, у меня записано всё. Вот, – она достала блокнот с холодильника. – Полковник Балашов, Сергей Дмитриевич, зам начальника Следственного управления КГБ по городу Москве.
– И что хотел товарищ?
Удивительное спокойствие, однако, у Ани. Большинство советских граждан после таких звонков лихорадочно начинают собирать сухари.
– В девять утра послезавтра, Дзержинского, десять, с собой паспорт.
– Слушай, как-то ты не очень стандартно реагируешь на звонок от чекистов.
– Так он мне объяснил, чтобы я не беспокоилась, ты же пострадавшим проходишь.
Тут я всерьез задумался. Неужто золотозубых раскололи до конца?
Глава 6
Внезапно я занялся кумовством. И где? В самом сердце кремлевской медицины! Устроил Давида на нашу «скорую». Совершенно внепланово. И даже инициатива была не моя.
Утром столкнулся с кадровичкой, Сталиной Ильиничной, которая выходила из кабинета Дыбы. Поздоровался, сказал стандартные слова про погоду. Еще Фазиль Искандер заметил, что москвичей хлебом не корми, дай послушать прогноз. Вот и я поохал вместе с ней по поводу слякоти и убитых непогодой сапог, которых, естественно, не накупишься. Странно, раньше у начальницы местного эйч-ара желания общаться со мной не было. Она даже здоровалась не каждый раз. Так, кивнет нехотя – и вперед, к трудовым книжкам и приказам по кадрам. А тут кокетливо поправляет волосы, шутит даже. У меня статус изменился? Хотя при желании узнать, что я не последняя фигура в проекте, который курирует сам Чазов, – дело плевое. Сегодня фельдшер, завтра – шишка. Наверное, решила на всякий случай установить контакт. Смотришь, хоть сувенирчик из поездки перепадет, и то хлеб.
Вдруг Сталина начала жаловаться, что одна из фельдшериц внезапно уходит в декрет. Как вся эта ситуация может стать нежданчиком для службы персонала – я представлял слабо, промолчал. Хотя и мог бы сказать пару ласковых. Но тут вспомнил, как Ашхацава ныл про деньги. Мол, родители не впечатлились помолвкой с Симой, прикрутили кран финансовых поступлений. Видать, у них свои планы были на дальнейшую судьбу сына. Манипровод из Абхазии пересох, а тут совсем близко свадьба, надо блеснуть перед будущими родственниками. Где брать шур-шурики?
Метнулся кабанчиком к Дыбе, расписал «князя». Между делом упомянул, что именно с Давидом мы выводили из запоев Галю, что, собственно, и стало причиной моего появления на Волынке.
– Ну раз ты за него так ручаешься. Под твою ответственность, – главврач уставила на меня наманикюренный пальчик. – Обычно мы без опыта работы не принимаем. У нас серьезная организация, а не проходной двор. Здесь никаких студентов до тебя не было.
– К моей работе претензии есть? Вот и Давид нахватается, – пожал плечами я. – Поставьте его в третью бригаду, им самые легкие случаи дают диспетчеры.
Заодно и наябедничал.
– Это вам кажется только так. Обычная бригада, – пояснила Дыба. – А тот факт, что там стажируются новички, не о легкости работы доктора говорит. Как раз наоборот. Потому что контингент остается тем же.