Однажды она позвонила Борискову по поводу очередного бойфренда:
– Мы знакомы уже две недели. Когда, ты думаешь, уже можно вступать в близкие отношения? Еще не рано?
– Откуда я знаю, – ответил изумленный таким вопросом Борисков. У него в кабинете в это самое время на приеме сидел пациент, и такие разговоры были совершенно не к месту. Впрочем, он действительно не знал, есть ли такое правило, когда можно переспать, чтобы получилось прилично. Личный опыт по этому вопросу ему ничего не говорил. Не было у него такого реального опыта. С Виктошей они сначала были знакомы довольно давно и были просто в дружеских отношениях, а переспали почти случайно.
– Ну, так, с точки зрения мужчины, как ты считаешь? – не отставала Алла.
– Слушай, я сейчас говорить не могут – у меня прием! – сказал Борисков.
– Ой, извини! – и она отключилась.
По ее голосу понятно было, что она бы, конечно, и сразу бы легла под мужика, но это могло поставить под угрозу все дальнейшие длительные отношения, на которые она очень рассчитывала, например, замужество и рождение ребенка. Другие отношения ее совершенно не интересовали.
Приходил парень лет двадцати. Он сделал себе татуировку не в салоне, а на квартире у знакомого и подцепил гепатит С. Кстати, его бабушка, как предчувствовала, влезла тогда с нравоучением, мол-де, сказано в Евангелии: "Не украшайте тела свои рисунками и письменами", но было уже поздно. Существует мнение, что татуировки меняют характер и серьезно влияют на жизнь человека. Краска, попадая в активные биологические точки, может реально оказывать воздействие на здоровье и характер. Описано, что вытатуированная бабочка, известная эмблема проституток, вдруг сделала скромную девушку развязной и гулящей, а наколотый черт, так будто бы и подталкивал к разным нехорошим поступкам.
Следующим был мужчина за пятьдесят с мучительным хроническим кашлем на фоне почечной недостаточности, уже длительное время находившийся на гемодиализе. У него на руке была специальная фистула, куда вставлялась диализная игла от аппарата "искусственная почка". Таких больных было много. Все они ждали пересадки почки, однако можно было не дождаться, потому что почек на всех не хватало. Для пациента это стало навязчивой идеей. Больной смотрел новости, где был взрыв и лежало много трупов, и мысль была: сколько почек пропало зря. Впрочем, это было одной проблемой, а другой была проблема отторжения и вторичных инфекций. Один такой пациент часто приходил. Пациент долго держался, потом умер. Борисков так привык к нему, что ему было странно, что он не придет уже никогда.
Потом появился пациент, который когда-то лет шесть назад лечился от воспаления легких, и успешно. Борискин не сразу его и узнал: настолько бледным было его лицо. У него и волос-то на голове не осталось. Оказалось, возникло заболевание крови, и непонятно отчего. Сейчас он получал химиотерапию, уже два курса сделали, а еще нужно было четыре. На этом фоне у него возникло воспаление легких, антибиотики не помогали, и никто не знал, что делать дальше.
Потом пришел старый цыган – бывший кузнец с обструктивным бронхитом с выраженной одышкой и постоянным кашлем, привел с собой и внучка-цыганенка лет двух. Цыган ходил к Борискову раз в месяц только затем, чтобы выписать теофедрин. Других лекарств, включая современные, которые поначалу предлагал Борисков, он не признавал: "Теофедрин мне помогает лучше всего!" Борисков уже с ним и не спорил – было бесполезно. Пока Борисков выписывал рецепт, цыганенок, который даже и не разговаривал еще, приковылял к нему и тут же засунул свою маленькую смуглую ручку в карман врачебного халата и что-то там ухватил. Они приезжали откуда-то из Ломоносовского района, где у них были поселения. Между прочим, оттуда шло довольно много серьезной заразы, поскольку там шла оживленная торговля тяжелыми наркотиками.
Следующей была сильно исхудавшая онкологическая больная, которую колдуны, у которых она последнее время лечилась, клали в какую-то раковину в окружении свечей, водили по ней яйцами. Яйца после этого становились черными внутри, что будто бы говорило о выходе болезни. Наверняка тут был какой-то фокус. Ей казалось, что вроде как даже лучше. Они отдали все деньги, продали дачу и все накопленные за многие годы семейные ценности. Ничего не помогало. Больные читали полумистические книги, где тоже искали надежду. Между тем, эти колдуны заранее прекрасно знали, что ничего и не поможет. Человек умрет, а деньги можно будет оставить себе. Они были как воронье, слетающееся как раз на такие вот тяжелые случаи. Этот был тот период, когда у людей можно забрать сразу много денег. Но так играть верой людей небезопасно, Борисков бы никогда не рискнул. Причина обращения состояла в том, что больная прочитала в какой-то популярной книжке, что в крови живут трихомонады, и именно они вызывают опухоли. Она желала, чтобы ей непременно назначили лечение. Разговаривать с ней было очень тяжело.