- Прошу прощения за невежливость, – произнес путник, и пояснил, – я не снимаю капюшон, поскольку лицо мое сильно обожжено, и я не хочу огорчать им окружающих.
Поблагодарив за помощь, мужчина сказал, что следует в Кряжель, город, расположенный на северной границе империи.
- Вам нужен отдых, – заключила бабушка, предложив переночевать в их доме.
Путник заверил, что не хотел бы стеснять двух одиноких женщин и, возможно, рядом найдутся более подходящие места для ночлега. Узнав, что рядом, вообще, нет других домов, кроме дома юноши-соседа, отсутствующего сейчас, гость согласился на их предложение. Ночью Дана спала плохо. Очень хотелось обернуться. Один раз она даже проснулась, обнаружив у себя крыло совы вместо одной руки. Испугавшись, взяла себя в руки и попыталась снова уснуть.
Утром гость, так и спавший на полу в своем плаще, собрался уходить. Дана вызвалась немного проводить его, чтобы указать направление к Кряжелю. Мужчина с благодарностью согласился. Они шли через лес, сокращая дорогу. Неожиданно он заговорил:
- Вам не страшно жить тут совсем одним? – поинтересовался путник.
- Мы давно привыкли, – пожала Дана плечами, – я живу тут с раннего детства, знаю каждое дерево. Чужие к нам не заходят. Опасности почти нет, – в воспоминаниях возвращаясь к бегству от серебряной стаи.
- Почти? – сразу переспросил мужчина.
Дана мысленно поругала себя за необдуманный ответ, поспешно пояснила:
- Дикие животные в лесу водятся, но мы не заходим глубоко в чащу.
Мужчина кивнул, не настаивая на продолжении разговора. Дана снова незаметно взглянула на него. Было в нем что-то необычное. Она бы даже сама не смогла объяснить, что именно. Иногда она чувствовала на себе его взгляд, хотя это могло быть простым любопытством. За все время пребывания у них в доме он ни словом, ни жестом не проявил себя, как человек, который планирует навредить им. Но что-то в нем было такое, что заставляло девушку снова и снова украдкой поглядывать на него, стараться вслушиваться в его скудные фразы, присматриваться к его движениям. Дана вновь мысленно одернула себя: что это она, в самом деле? Беспокоиться не о чем, да и с путником они скоро расстанутся навсегда.
До тракта оставалось идти буквально несколько минут. Дана уже хотела сообщить об этом путнику, как вдруг почувствовала опасность. Как будто лиса внутри нее навострила уши и прислушалась. Она застыла на месте. Мужчина тоже остановился:
- Что-то не так?
Подумав, она ответила:
- Не уверена точно, но, кажется, я что-то слышу.
Путник почему-то задержал на ней долгий взгляд и как-будто подобрался. Можно было подумать, что он тоже что-то услышал, но его явно заинтересовал не источник возможной опасности, а она сама. Он не отвел взгляд даже когда она в ответ стала настороженно вглядываться в темноту капюшона. Дана почему-то испугалась, инстинктивно отступила от него. Чувство тревоги нарастало. Зверь внутри нее заметался, силясь вырваться на свободу и бежать или лететь, куда глаза глядят. Мужчина сделал к ней шаг, другой. Она уже почувствовала знакомый холодок в руках. Ветерок легко колыхнул перья. Мужчина сбросил капюшон, впиваясь в нее взглядом серых жестких глаз. «Лицо без ожогов», – промелькнуло в голове у Даны. Бежать. Бежать!
Она сорвалась с места. В ту же секунду позади нее послышался глухой удар о землю чего-то большого. Она не выдержала, обернулась. Серебряный волк принял стойку, готовый броситься за добычей, зарычал. Девушка мгновенно отвернулась, собралась, обращаясь окончательно. Взмах, другой. Прямо перед ней открылся портал: императорские волки неслись на добычу, оскалив зубы. Еще взмах, еще! Земля удалялась все быстрее, даря надежду на спасение. Удар пришелся со спины. Выбил воздух из легких. Острой боли не было, но в следующее мгновение она уже лежала на снегу, придавленная лапами волка. Инстинктивно начала дергаться, пытаясь вырваться. Но куда там. В такой виде от совы было мало толку. Инстинкты обострились. Жгучий страх и ощущение опасности подстегивали, гнали.