нителя. Велас смертельно побледнел:
– Ратмир, ты что творишь? – еле произнёс он.
Хранитель быстро встал на пути у заряда. Молния ударила перед пологом, у его ног оставив на полу тёмный след.
– Без глупостей, Велас. Амулет на стол и на улицу, живо, – тихо сказал Ратмир, пряча браслет.
Хранитель снял амулет и, проходя мимо, положил на стол. Ратмир схватил Веласа за руку и быстро вывел из дома.
Едва они оказались на улице, Велас вырвался из цепкой хватки стражника и строго обратился к нему:
– Что здесь происходит… – но Ратмир даже не дал ему закончить.
Мощным профессиональным ударом он обрушил его на землю. У Веласа потемнело в глазах и перехватило дыхание, в первый момент он и вовсе не смог пошевелиться.
– Ты что делаешь? – услышал он откуда-то издали голос Прозора.
– А я смотрю тебе не терпится вновь повстречаться с его зверюгой! Мы договаривались, что я приеду и заберу его. На разговоры я не подписывался тем более возле дома.
– Держи. Введи ему это, чтобы он не сопротивлялся.
Прозор передал Ратмиру иглу с каким-то препаратом.
– Что это? – с подозрением спросил Ратмир, принимая и вскрывая устройство.
Внутри была прозрачная колбочка, полностью наполненная каким-то зеленоватым веществом.
– Какая разница, – огрызнулся Прозор. – Снотворное. У Балия из лаборатории забрал.
– Смотри. У нас уговор на другое был. Он мне живым нужен, – произнёс Ратмир, пряча иглу.
На удивлённый взгляд Прозора он ответил:
– Ну не здесь же. Если препарат подействует мгновенно, ты сам его потащишь?
С этими словами Ратмир грубо поднял Веласа на ноги и поволок за собой. Прозор сопровождал их, постоянно оглядываясь по сторонам. Всю дорогу до побережья Велас даже не попытался крикнуть или вырваться. Он всё не мог нормально продышаться от полученного удара.
При помощи Прозора Ратмир усадил Веласа в батискаф, так как тот еле передвигал ноги. Стражник вытащил иглу.
– Постой, – неторопливо произнёс Прозор, останавливая его. – Велас, слышишь меня? Неужели ты думал, что я так просто прощу тебе трёпку, которую мне задал твой монстр? Ты за это ответишь своей жизнью. Я хочу, чтобы ты знал, что твоему сыну никогда не стать вождём… А твою жену и дочь я так и быть возьму к себе в рабыни…
Велас рванулся вперёд, но Ратмир успел ввести ему препарат, одновременно оттолкнув заместителя. «Снотворное» действительно подействовало мгновенно.
– Какое право ты имеешь меня толкать?! – разозлился Прозор, видя, что Велас его больше не слышит.
– Имею. Я тебе нужен гораздо больше чем ты мне. И это я оказываю тебе услугу. Я тебя предупреждал в дом не лезть?! Теперь обойдёшься без разговоров. Из-за тебя я и так потерял слишком много времени.
Стражник вскрыл иглу. В свете луны было видно, что колбочка на половину пуста.
– Всё ему пока хватит. Долго в пути мы не будем, – сказал Ратмир, пряча иглу и запрыгивая в батискаф. – Выпускай нас.
Батискаф отчалил от берега. Прозор на что-то нажал на своём браслете, и аппарат беспрепятственно покинул подводный остров, не замеченный системой охраны.
Применив сверхбыстрое перемещение, Ратмир за считанные секунды оказался в другой части света и батискаф всплыл на поверхность к солнечным лучам. Ратмир открыл крышку и, активировав браслет, убедился, что поблизости нет других устройств и машин. Не закрывая крышку, он неспешно направил батискаф к северу.
– Тебе наверно интересно, откуда взялась игла? – заговорил Ратмир, глядя перед собой. – Когда Прозор внезапно заявился в лабораторию, Балий всё тщательно проверил после его ухода и обнаружил пропажу иглы с ядом. Он немедленно сообщил мне об этом через моего человека. Так совпало, что это известие я получил буквально за пару часов до того как Прозор приехал за мной на материк. Я всё боялся, чтобы Прозор тайком не уколол тебя. Поэтому был вынужден быстро вытащить тебя на улицу из тёмного дома, всё время прикрывая от него. Но, к счастью, Балий оказался прав, и заместитель передал иглу мне. По пути к пристани я незаметно слил часть содержимого и закрепил устройство, как мне показал мой боец на примере подобного устройства, чтобы иголка случайно не выскочила. Так что я тебя даже не поцарапал… Всё, Велас, хватит притворятся мы уже давно на поверхности.