Пролог.
Я помню тот день, когда мир рухнул.
Солнце светило слишком ярко, будто смеялось над нашей болью. Мы - Карахановы думали, что держим ситуацию под контролем. Мы нанесли удар по Йылмазам, убили их близкого человека. Но месть пришла быстрее, чем мы ожидали.
Когда старший брат упал, всё вокруг будто остановилось. Я видела, как жизнь покидает его глаза, как земля впитывает его кровь. Я кричала, но звук застрял в горле. Йылмазы стояли рядом, холодные и уверенные, как смерть сама. Фарук, Фериха, Саваш, Дефне… каждый из них держал свой приговор в глазах.
А потом похороны.
Я стояла у могилы, чувствуя, что часть меня похоронена вместе с братом. Мать тихо всхлипывала, Явуз сжимал кулаки, пытаясь скрыть боль, а Октай стоял рядом, словно скала, но я видела дрожь в его глазах.
Я гневно смотрела на Йылмазов вдалеке. Сердце сжималось от ненависти и какой-то странной, запретной слабости. Я знала, что один из них - Саваш станет для меня искушением, которое нельзя признавать.Он стоял вдалеке и смотрел на нас с гневом и болью.В тот момент я обещала себе,что отомщу им за брата,за всё.Мы отомстим.
Похороны закончились. Люди ушли, оставив нас наедине с болью, гневом и ненавистью. И я поняла,что эта война стала личной. Любовь и месть, страсть и ненависть всё переплелось в одно, и наша жизнь уже никогда не будет прежней.
Трещины в крови.
|Эсра|
Утро было тяжёлым. После смерти брата тяжело было собраться с мыслями и прийти в себя. Старший брат Явуз старался не показывать своей боли. Он и не мог, ведь был главой семьи, но даже он уже не был прежним. Его взгляд потускнел, движения стали резкими,иногда он пугал.
С Октаем всё было ещё хуже. Его жгучее желание мести превращало каждый разговор в ссору. Дом, который когда-то был наполнен громким смехом и запахом свежего кофе по утрам, теперь утопал в напряжении. Даже Лайла, жена Явуза, перестала вмешиваться. Она только молча проходила мимо, стараясь не смотреть на нас, будто сама боялась задеть.
А я… а я пыталась быть опорой. Для всех. Если я сломаюсь, сломаются и они. Я уверена в этом. Но в глубине души я знала все прекрасно понимают, что именно я самое слабое место семьи Караханов. Не в плане силы или власти нет это как раз наоборот. Достаточно лишь коснуться меня, и братья сожгут всё вокруг, не разбирая, кто враг, а кто свидетель,да даже если и союзник. Поэтому каждый раз, куда бы я ни пошла, на меня смотрели как на удобную цель.
Я закрыла глаза, и воспоминание вновь вспыхнуло в памяти.
Тот лес до сих пор стоит у меня перед глазами. Холодная земля, пропитанная запахом хвои и крови. Тёмные силуэты среди деревьев. Я кричала, но голос захлебнулся от ужаса того,что я видела.
Наш брат стоял на коленях, руки связаны, лицо залито кровью. Он не просил пощады, только смотрел прямо перед собой гордо, даже в последние минуты.
И тогда я увидела его. Саваш Йылмаз. Он стоял чуть поодаль, облокотившись на ствол дерева. В его глазах плескалась странная смесь усмешка на губах и боль в глубине взгляда. Будто он сам разрывался между ненавистью и чем-то другим, но он не остановился.Он мстил.Я проклинала тот день когда не смогла остановить братьев когда они убили старшего брата Йылмазов - Махмут Йылмаз.
— Ты понимаешь, Эсра, — его голос был тихим, даже насмешливым, — каждый из нас платит за чужие грехи. Сегодня расплачивается он. Завтра, возможно, вы.
И я видела, как один из Йылмазов поднял оружие.
Выстрел разорвал тишину.
Мир вокруг будто ослеп.
Я помню, как бросилась вперёд, но меня удержали, вдавили в землю. Последнее, что я успела увидеть это тело брата, упавшее в мокрую траву. Его глаза больше не смотрели на меня.
А Саваш… Саваш только отвернулся, но уголки его губ всё ещё дрожали в той жестокой усмешке.
Я вздрогнула, возвращаясь к настоящему. Передо мной снова был наш дом и братья, сидящие за столом. Но сердце стучало так же, как в ту ночь, когда лес поглотил его последним дыханием.
Тишину за столом нарушил стук шагов. Дверь распахнулась, и в комнату вошёл Арас Демир. Высокий, уверенный, с тяжёлым взглядом старший из Демиров всегда умел производить впечатление. Его предостерегались все.
— Карахановы, — произнёс он низким голосом, кивнув нам. — Моё почтение. Я пришёл узнать, как вы держитесь.
Явуз поднялся, пожал ему руку. На лице брата не дрогнул ни один мускул — он как всегда умел прятать чувства лучше всех.