Анна задумчиво крутила чашку с чаем. Что-то в тоне Маркова ее настораживало. За видимой искренностью и заботой о компании просматривался иной мотив, который она пока не могла определить.
— Вчера я обнаружила некоторые расхождения в финансовых отчетах по «Полярной Звезде», — сказала она, внимательно наблюдая за его реакцией. — Официальные цифры не соответствуют тем, что я нашла в вашем кабинете.
Марков на секунду замер, но быстро восстановил невозмутимость.
— А, вы об этом, — он махнул рукой. — Это была моя инициатива. Мы с Виктором разработали систему отчетности, которая... скажем так, лучше мотивирует руководителей проектов. Они видят одни цифры, мы — другие. В конце квартала всё приводится в соответствие.
— Это звучит как двойная бухгалтерия, — заметила Анна, не скрывая скептицизма.
Марков рассмеялся, но его глаза остались холодными.
— Какие громкие слова. Нет, это просто управленческий прием. — Он подался вперед. — Послушайте, Анна. Вы талантливый финансист, иначе я бы не рекомендовал вас Виктору. Но есть вещи, которые нельзя просто взять и изменить. Особенно сейчас, когда компанией руководит Кира.
— Что вы предлагаете? — прямо спросила Анна.
— Сотрудничество, — Марков произнес это слово, будто раскрывал карты в покере. — Я помогу вам выжить рядом с Кирой и сохранить должность. Вы продолжите мои методы работы. Когда-нибудь Кира устанет играть в CEO, и мы сможем вернуть компанию на правильный путь.
Анна почувствовала холодок. «Сотрудничество» в его устах звучало как предложение сговора. Но против кого? Против эксцентричной, но всё же законной владелицы компании?
— Я ценю откровенность, Григорий Маркович, — осторожно ответила она. — Но мне нужно во всем разобраться самостоятельно. Я не могу продолжать методы работы, в которых пока не уверена.
Марков откинулся на спинку стула, его лицо стало жестче.
— Благородно, но непрактично. Надеюсь, вы не скажете мне потом, что я не предупреждал. — Он достал визитку и придвинул к ней. — Если передумаете, звоните. В любое время.
Он расплатился за кофе и ушел, оставив Анну с ощущением, будто она только что отклонила сделку с дьяволом. И что враг, которого она приобрела, куда опаснее капризной наследницы.
Следующее утро началось для Анны с экстренного совещания. Email пришел в 7:15, совещание было назначено на 8:30. Никакой повестки, только короткое «Присутствие обязательно» с подписью Киры.
К началу совещания зал был полон. Руководители всех подразделений, включая юридический отдел в лице Ларисы Ветровой, сидели с напряженными лицами. Сама Кира еще не появилась, но на доске уже был выведен заголовок: «Новая финансовая политика».
— Что происходит? — тихо спросила Анна у сидевшей рядом руководительницы отдела кадров.
— Понятия не имею, — так же тихо ответила та. — Но когда Кира пишет такие письма в 7 утра, жди беды.
Дверь распахнулась. Кира влетела в зал в облаке дорогого парфюма, одетая так, будто направлялась на модный показ, а не на рабочее совещание. Красный брючный костюм подчеркивал её стройную фигуру, а высокие каблуки делали её выше на добрый десяток сантиметров.
— Доброе утро, команда! — голос Киры звенел энтузиазмом, не вязавшимся с усталыми лицами присутствующих. — Сегодня у нас новая веха в истории «Север Групп»!
Она прошла к доске и, резко развернувшись, обвела всех взглядом, задержавшись на Анне.
— Я всю ночь изучала финансовые отчеты, — произнесла Кира с гордостью ребенка, впервые завязавшего шнурки. — И у меня появилась гениальная идея. Мы совершенно не используем все возможности для экономии!
Анна напряглась. Вчера Кира даже не взглянула на ее аналитические выкладки, а сегодня внезапно стала экспертом по финансам?
— Наш новый финансовый директор, — Кира указала на Анну, — предложила пересмотреть поставщиков. Это хорошо, но недостаточно радикально. Я хочу, чтобы мы сократили все операционные расходы на тридцать процентов в течение месяца!
По залу пронесся негромкий ропот. Тридцать процентов — это было не просто радикально, это было невозможно без массовых сокращений и отказа от критически важных процессов.
— Кира Викторовна, — Анна поднялась со своего места, — такое сокращение потребует серьезного анализа. Мы не можем просто взять и урезать бюджеты на треть, не понимая последствий.
— Я не просила вашего мнения, — отрезала Кира, улыбка исчезла с ее лица. — Я озвучила стратегическое решение. Ваша задача — исполнить его, а не обсуждать.
— Но это моя работа — анализировать финансовые решения и предупреждать о рисках, — спокойно возразила Анна. — Тридцатипроцентное сокращение за месяц подорвет текущие проекты и...
— О, так наш новый финансовый директор уже знает «Север Групп» лучше, чем его владелица? — Кира театрально всплеснула руками. — Напомните, сколько вы здесь работаете? Три года? Я выросла в этой компании. Буквально выросла, пока вы там... где вы были в свои двадцать? Считали мелочь в каком-нибудь региональном банке?
Анна почувствовала, как к щекам приливает жар. Такой открытый переход на личности был настолько непрофессиональным, что она на мгновение потеряла дар речи. Краем глаза она заметила, как Даниил, сидевший у окна, слегка покачал головой, словно предупреждая не продолжать спор.
— Я просто предлагаю более обоснованный подход, — произнесла Анна, стараясь говорить ровно. — Давайте проанализируем структуру расходов и найдем оптимальные решения.
— «Оптимальные решения», — передразнила Кира, вызвав нервный смешок у некоторых присутствующих. — Вот это типичный подход офисного планктона. Пока вы анализируете, компании нужны реальные действия, а не бесконечные таблички Excel!
Она прошлась по комнате, намеренно приблизившись к Анне.
— Каждый руководитель подразделения предоставит план сокращения расходов на тридцать процентов к концу недели, — объявила Кира. — И я лично буду утверждать каждый пункт. Включая ваш, финансист.
Это прозвучало почти как оскорбление. Анна стиснула зубы, но промолчала. Спорить дальше было бесполезно — только усугубит ситуацию.
— Если нет больше вопросов, все свободны, — Кира взмахнула рукой. — А, и еще. Завтра у нас встреча с инвесторами «Полярной Звезды». Я хочу, чтобы финансовые показатели выглядели безупречно. Никаких разговоров о превышении бюджета.
Она посмотрела прямо на Анну:
— Надеюсь, я ясно выразилась?
— Вполне, — коротко ответила Анна, мысленно задаваясь вопросом, не в этом ли причина двойной отчетности, которую вел Марков.
Когда зал начал пустеть, Анна осталась сидеть, собирая мысли. Поведение Киры выходило за рамки простых капризов избалованной наследницы. В нем было что-то намеренно враждебное, направленное персонально на нее.
— Не принимайте близко к сердцу, — тихий голос Даниила выдернул ее из размышлений. — Она так разговаривает со всеми новыми руководителями.
— Это должно меня утешить? — Анна подняла взгляд.
Даниил присел рядом, убедившись, что в зале больше никого нет.
— Нет. Но это контекст. — Он выглядел искренне сожалеющим о произошедшем. — Кира переживает сложный период. Смерть отца, внезапная ответственность за огромную компанию, давление совета директоров...
— Это не оправдывает публичные оскорбления, — твердо сказала Анна. — И уж точно не оправдывает безграмотных управленческих решений.
— Согласен, — неожиданно легко признал Даниил. — Но понимание мотивов часто помогает выработать стратегию. Кира боится. Боится не справиться, боится, что все увидят ее некомпетентность. И атакует первой, чтобы защититься.
— Если она так неуверена, почему просто не попросит помощи? — Анна покачала головой. — Я здесь не для того, чтобы подрывать ее авторитет. Я хочу, чтобы компания процветала.
Даниил откинулся на спинку стула, изучая ее лицо с легким удивлением, будто не ожидал такой реакции.
— Вы мыслите рационально, Анна. Кира — нет. Для нее просьба о помощи равносильна признанию поражения. — Он понизил голос. — Ее отец был... требовательным родителем. Никогда не хвалил, всегда ожидал большего. Она выросла, пытаясь заслужить одобрение, которое так и не получила.
— Вы хорошо ее знаете, — заметила Анна.
— Я работал с Виктором семь лет. Видел, как он общался с дочерью. — Тень пробежала по его лицу. — Это было непросто.
— И что мне делать? — прямо спросила Анна. — Как работать с человеком, который видит во мне врага?