"Я не могу ответить за Даниила Александровича. Что касается меня, то я ценю его профессионализм и поддержку. Остальное... сложно."
Собственные слова, сказанные Кире, теперь казались трусливым уклонением от правды. Что значит "сложно"? Разве она не аналитик, не специалист по структурированию хаоса в стройные системы? Почему же тогда не могла разобраться в собственных чувствах?
Анна отошла от окна и села за рабочий стол, открывая ежедневник. Список задач на сегодня был выполнен — все пункты аккуратно вычеркнуты. Следовало бы составить план на завтра, но мысли упрямо возвращались к Даниилу.
Она закрыла глаза, вспоминая их последние взаимодействия. Его забота о лечении Оли. Защита от Маркова. Тихая, ненавязчивая поддержка во время пресс-конференции. Взгляды, которые она ловила на себе, когда думала, что он не видит. А главное — то чувство надежности и спокойствия, которое возникало в его присутствии. Словно остров устойчивости в бушующем море корпоративных интриг.
Это было... неправильно. Опасно. Она пришла в "Север Групп" делать карьеру, восстанавливать свою профессиональную репутацию, обеспечивать лечение сестры. Не заводить служебный роман, который мог всё это разрушить. Она уже однажды обожглась, позволив личным чувствам затуманить профессиональное суждение. Тогда это привело к серьезным последствиям для ее карьеры.
"Сложности бывают разные, Анна. Некоторые стоят того, чтобы через них пройти."
И снова слова Киры. Неожиданно мудрые слова от человека, которого она считала воплощением эмоциональной нестабильности.
Телефон на столе завибрировал — входящее сообщение. Анна бросила взгляд на экран и почувствовала, как сердце делает кульбит. Даниил.
"Ты еще в офисе? Нужно обсудить завтрашнее заседание совета директоров."
Простое, деловое сообщение. Ничего личного. Так почему же пальцы слегка дрожали, когда она набирала ответ?
"Да, в кабинете. Работаю над презентацией для совета."
Отправив сообщение, Анна откинулась в кресле, пытаясь унять иррациональное волнение. Это просто рабочий вопрос. Им действительно нужно согласовать стратегию на завтра. Ничего более.
Внезапно она вспомнила слова Оли о Данииле: "Этот твой коллега лично звонил главврачу... он очень интересовался, как я себя чувствую..."
Зачем он это сделал? Профессиональный долг не требовал такой личной вовлеченности. Можно было просто оформить документы, перевести деньги — и всё. Зачем звонить, спрашивать о самочувствии, следить за процессом лечения?
Ответ был очевиден, но Анна отказывалась его принимать. Слишком страшно. Слишком рискованно. Слишком...
Стук в дверь прервал поток ее мыслей. Анна выпрямилась, машинально поправляя волосы и одергивая блузку.
— Войдите.
Даниил шел по коридору, сверяясь с часами. Почти девять вечера. Офис постепенно пустел — большинство сотрудников разошлись после успешной пресс-конференции, празднуя маленькую победу над Марковым. Но он знал, что Анна будет работать допоздна. Она всегда так делала, особенно перед важными заседаниями.
Дверь в комнату отдыха была приоткрыта, изнутри доносились приглушенные голоса. Проходя мимо, Даниил заметил Елену Смирнову, сидящую у кофейного автомата с чашкой в руках. Она разговаривала по телефону, но, увидев его, сделала знак подождать.
— Да, понимаю. Я передам. Спасибо за информацию, — закончила она разговор и отложила телефон. — Даниил Александрович, хорошо, что я вас встретила. У меня есть новости.
Даниил вошел в комнату, прикрыв за собой дверь. Елена была ценным источником информации — как личный ассистент Киры, она имела доступ к данным, недоступным даже ему.
— Что-то о Маркове? — спросил он, присаживаясь напротив.
— Да, — Елена понизила голос, хотя в комнате никого больше не было. — После пресс-конференции он встречался с представителями «СтройИнвестХолдинга».
Даниил нахмурился. «СтройИнвестХолдинг» был давним конкурентом «Север Групп», много лет пытавшимся перехватить их проекты и клиентов.
— Вы уверены?
— Абсолютно. Мой контакт в службе безопасности «Гранд-Отеля» подтвердил. Марков провел с ними больше двух часов в отдельном конференц-зале.
Эта информация не предвещала ничего хорошего. Марков знал внутреннюю кухню «Север Групп», имел доступ к конфиденциальным данным, контактам клиентов. Если он решил перейти на сторону конкурентов, ущерб мог быть значительным.
— Есть детали встречи?
— Только то, что Марков выглядел доволным результатом, — Елена сделала глоток кофе. — И еще кое-что. Перед уходом из компании он скопировал базу данных с клиентскими контактами. Служба IT безопасности только что обнаружила следы в системе.
Даниил почувствовал, как внутри разливается холодная ярость. Одно дело — корпоративные интриги, и совсем другое — промышленный шпионаж.
— Кира знает?
— Я только что сообщила ей. Она связывается с юристами, — Елена помедлила. — Но есть еще кое-что, что беспокоит меня больше. Это касается Анны Сергеевны.
Даниил напрягся, мгновенно переключая всё внимание на слова Елены.
— Что именно?
— Марков запросил информацию о ее предыдущем месте работы. "ВостокИнвест". Кажется, он пытается найти что-то, чтобы дискредитировать ее перед завтрашним заседанием совета директоров.
Даниил знал, что у Анны был какой-то конфликт на предыдущей работе, но деталей она никогда не рассказывала. Судя по ее нежеланию обсуждать эту тему, там было что-то, о чем она предпочитала не вспоминать.
— Спасибо за информацию, Елена, — сказал он, поднимаясь. — Я поговорю с Анной.
— Будьте осторожны, Даниил Александрович, — Елена посмотрела на него с неожиданной теплотой. — Марков — опасный противник. А вы в последнее время... скажем так, ваша забота об Анне Сергеевне становится заметной.
Даниил почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Неужели его чувства настолько очевидны? Он всегда гордился своей способностью скрывать эмоции, держать профессиональную дистанцию. Но с Анной всё было иначе. Она проникла под его защитные барьеры, заставила почувствовать то, что он давно считал себя неспособным испытывать.
— Я просто забочусь о ценном сотруднике компании, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал беспристрастно.
Елена улыбнулась — понимающе и немного грустно.
— Конечно. Именно поэтому вы лично звонили в клинику, где лечится ее сестра. И проводите с ней больше времени, чем с кем-либо еще в компании. И смотрите на нее так, словно...
— Достаточно, — мягко прервал ее Даниил. — Я понял вашу мысль.
Елена кивнула, не настаивая. За годы работы в «Север Групп» она научилась понимать, когда нужно остановиться.
— Просто будьте осторожны, — повторила она. — После завтрашнего заседания многое изменится. Марков попытается использовать любую уязвимость. Любую.
С этими словами она поднялась и направилась к выходу, оставив Даниила наедине с тревожными мыслями.
Он достал телефон и написал Анне сообщение, спросив, в офисе ли она еще. Получив подтверждение, направился к кафетерию. Импульсивное решение пришло внезапно — если она весь день работала, то, вероятно, не успела поужинать. А разговор предстоял долгий и, возможно, непростой.
Через десять минут, с пакетом из соседнего ресторана и чуть колотящимся сердцем, Даниил стоял у двери ее кабинета. Внутренний конфликт, который он так долго подавлял, достиг пика. Профессиональная этика требовала сохранять дистанцию, особенно сейчас, когда компания находилась в кризисе. Но что-то более глубокое, более личное толкало его быть честным — с собой и с ней.
Он легко постучал в дверь.
— Войдите.
Когда Даниил вошел в кабинет с пакетом, источающим аппетитный аромат, Анна не смогла сдержать удивленный взгляд.
— Решил, что ты могла не успеть поужинать, — сказал он с легкой улыбкой, ставя пакет на край стола. — Итальянский ресторан за углом. Надеюсь, ты любишь пасту с морепродуктами.
Анна почувствовала, как внутри разливается теплая волна благодарности. Он был прав — с утра она перехватила только кофе и сэндвич, а потом закрутилась с подготовкой к пресс-конференции.
— Спасибо, — искренне сказала она. — Я действительно проголодалась.
Даниил достал из пакета контейнеры, салфетки, пластиковые приборы, бутылку минеральной воды. Все его движения были спокойными, уверенными — как всегда. Но Анна заметила легкую напряженность в плечах, едва уловимую морщинку между бровями. Что-то беспокоило его.