Анна и Даниил переглянулись. Виктор Северский, видимо, был еще более предусмотрительным, чем о нем говорили.
— Эти данные могут стать бесценными, — сказала Анна. — Если они достаточно детальны, мы сможем восстановить полную картину и подготовиться к любым вопросам проверяющих.
— Они детальны, — подтвердила Кира. — Отец был... дотошным. Иногда до одержимости. Я дам вам доступ сегодня же.
Обсуждение продолжалось, план становился все более конкретным. К одиннадцати часам они имели четкую стратегию противодействия Маркову по всем направлениям, с распределением задач и временными рамками.
— Думаю, у нас есть рабочий план, — подвела итог Кира, просматривая составленный ими документ. — Но нам придется действовать быстро. Марков не станет ждать.
Она посмотрела на Анну и Даниила с непривычной серьезностью.
— Я хочу, чтобы вы знали: я ценю вашу лояльность. Не мне лично, а компании. Это то, что ценил мой отец, и теперь я понимаю, почему.
Это признание, произнесенное без обычной театральности, произвело на Анну сильное впечатление. Перед ней сидела не та избалованная наследница, которая устраивала истерики в первые дни их знакомства, а человек, принимающий ответственность и готовый учиться.
— И еще кое-что, — добавила Кира, закрывая документ. — С сегодняшнего дня мы усиливаем меры безопасности для ключевых сотрудников. Особенно для вас двоих. Марков уже показал, что готов использовать личные рычаги давления.
Она выразительно посмотрела на Анну.
— Особенно учитывая ситуацию с вашей сестрой, Анна Сергеевна. Я распорядилась установить дополнительную охрану в клинике. Надеюсь, вы не возражаете.
Анна была тронута этой заботой, тем более неожиданной от Киры.
— Спасибо, — искренне сказала она. — Я очень это ценю.
Даниил встретился с ней взглядом, и она увидела в его глазах теплое одобрение.
— Кира права, — сказал он. — Нам всем нужно быть осторожнее. Марков — человек, привыкший получать что хочет, и поражение на пресс-конференции только усилит его желание отомстить.
Совещание завершилось, и они вышли из кабинета Киры с четким планом действий и странным, но обнадеживающим чувством командного единства.
— Впечатляюще, — тихо сказал Даниил, когда они с Анной шли по коридору. — Никогда бы не подумал, что Кира способна на такой уровень стратегического мышления.
— Я тоже, — призналась Анна. — Возможно, мы все недооценивали ее. Или, может быть, она наконец начала расти до уровня своей позиции.
— Или влияние некоторых людей заставило ее измениться, — мягко сказал Даниил, бросая на нее выразительный взгляд.
Анна почувствовала, как теплеют щеки.
— Не думаю, что дело во мне, — возразила она.
— А я думаю, — просто ответил он.
Они дошли до ее кабинета в комфортном молчании.
— Мне нужно подготовить документы для внутреннего аудита, — сказала Анна, останавливаясь у двери. — Разработать методологию, составить чек-листы...
— Конечно, — кивнул Даниил. — Я займусь контактами с PR-агентством. Нам нужно подготовиться к возможной информационной атаке Маркова.
Он помедлил, словно хотел сказать что-то еще, но затем просто кивнул и направился к своему кабинету.
Анна смотрела ему вслед, чувствуя странную смесь эмоций. Профессионально они работали идеально, дополняя друг друга, понимая с полуслова. Но что происходило на личном уровне? Этот вопрос она откладывала на потом, сосредоточившись на работе.
День пролетел в лихорадочной активности. Внутренний аудит оказался сложнее, чем предполагала Анна — даже с доступом к параллельному учету Виктора Северского, многие операции были закодированы способом, понятным только ему и, возможно, Маркову. Ей пришлось применить все свои аналитические навыки, чтобы начать расшифровывать эту систему.
К семи вечера она чувствовала себя вымотанной, но удовлетворенной — основные схемы были выявлены, и большинство из них, к счастью, балансировали на грани легальности, не пересекая ее окончательно.
Стук в дверь заставил ее поднять голову от экрана компьютера. На пороге стоял Даниил с двумя пакетами еды.
— Подумал, что ты могла забыть поужинать, — сказал он с легкой улыбкой. — Если ты не против компании.
Анна только сейчас осознала, что действительно не ела с утра, поглощенная работой.
— Не против, — ответила она, откидываясь в кресле и потирая уставшие глаза. — Спасибо. Ты очень... внимательный.
Даниил расставил на ее столе контейнеры с едой, предусмотрительно отодвинув документы. Паста с морепродуктами — точно такая же, как вчера. Совпадение? Или напоминание о вчерашнем вечере, который начался так же мирно и закончился... совсем иначе?
— Как продвигается аудит? — спросил Даниил, садясь напротив и открывая свою порцию.
— Медленнее, чем хотелось бы, — Анна с благодарностью взялась за еду, только сейчас поняв, насколько была голодна. — У Виктора Северского была уникальная система шифрования финансовых операций. Удивительно, что человек его поколения создал нечто настолько сложное.
— Не так удивительно, если знать его историю, — заметил Даниил. — Он начинал бизнес в 90-е, когда защита информации иногда была вопросом не только финансового выживания.
Анна кивнула, понимая намек. Виктор Северский строил свою империю в неспокойные времена, когда конкуренты могли использовать не только экономические, но и физические методы давления.
— А твои успехи с PR-агентством? — спросила она, меняя тему.
— Продуктивно, — Даниил коротко рассказал о разработанной стратегии кризисных коммуникаций, готовых заготовках ответов на возможные информационные атаки и мониторинге медиа.
Они обсуждали рабочие вопросы, обмениваясь идеями и впечатлениями от сегодняшнего дня. Постепенно напряжение, которое Анна чувствовала с утра, начало отступать. Работать с Даниилом было легко и естественно — он понимал ход ее мыслей, ценил ее профессионализм, поддерживал идеи. Они действительно были отличной командой.
Но что-то изменилось после вчерашнего вечера. Теперь она замечала детали, которые раньше ускользали от внимания: как он слегка наклоняет голову, когда внимательно слушает; как пальцы постукивают по столу в момент размышления; как меняется его взгляд, когда он смотрит на нее чуть дольше необходимого.
— Ты в порядке? — спросил Даниил, прерывая ее размышления. — Выглядишь обеспокоенной.
Анна отложила вилку, решив, что момент для серьезного разговора наконец настал.
— Даниил, о вчерашнем, — начала она. — Я хотела бы...
Звонок телефона прервал ее на полуслове. Увидев на экране имя сестры, Анна сразу почувствовала тревогу — Оля редко звонила ей по вечерам, зная, как она занята.
— Прости, я должна ответить, — сказала она Даниилу. — Это Оля.
Даниил кивнул, в его взгляде тоже мелькнуло беспокойство.
— Оля? Всё в порядке? — Анна старалась, чтобы голос звучал спокойно, но внутренне уже готовилась к плохим новостям.
— Аня... — голос Оли звучал напряженно, с той особой сдержанностью, которая появлялась у нее в моменты сильного стресса. — Ко мне сегодня приходил какой-то странный мужчина.
Анна почувствовала, как внутри все холодеет.
— Какой мужчина? Что ему было нужно?
— Он сказал, что из страховой компании, но... не как тот, предыдущий. Этот был какой-то неприятный. Задавал вопросы о тебе и о "твоем коллеге Данииле". Спрашивал, часто ли вы общаетесь вне работы, навещает ли он меня...
Анна бросила быстрый взгляд на Даниила, который внимательно наблюдал за ней, очевидно, улавливая серьезность разговора.
— И что ты ответила? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Ничего конкретного, — в голосе Оли появились нотки гордости. — Я же не вчера родилась, Аня. Сказала, что это все конфиденциальная медицинская информация, и попросила его предъявить документы. Он занервничал и быстро ушел. Но перед уходом... — она сделала паузу, — он сказал, что тебе стоит "прекратить копать под Маркова", иначе "лечение может пойти не по плану".
Анна почувствовала, как волна холодной ярости поднимается внутри. Марков снова бил по самому уязвимому месту, используя болезнь Оли как рычаг давления.
— Ты в порядке? — тихо спросила она. — Он не угрожал тебе напрямую?
— Нет, только эти намеки, — ответила Оля. — Но я немного напугана, Аня. Что происходит? Кто этот Марков, и почему он использует меня, чтобы давить на тебя?