— Мы готовы, — ответил он за всех.
Вспышки фотокамер, жужжание видеотехники, приглушённый гул голосов — атмосфера была насыщена тем особым электричеством, которое бывает перед сенсационными заявлениями. Даниил стоял чуть позади и сбоку от трибуны, откуда мог видеть и Киру, и зал. Анна заняла симметричную позицию с другой стороны — молчаливая поддержка, обрамляющая Киру. Это было её идеей — визуально продемонстрировать единство команды.
Кира подошла к трибуне под вспышки десятков камер. На мгновение Даниил увидел, как её пальцы сжались на краю трибуны так, что побелели костяшки, но затем она расслабила руки и выпрямилась. Когда она заговорила, её голос звучал ровно и уверенно, без дрожи, которую можно было бы ожидать.
— Добрый вечер, дамы и господа. Благодарю вас за то, что откликнулись на наше приглашение в столь короткий срок, — Кира обвела взглядом зал. — Сегодня я собрала эту пресс-конференцию, чтобы рассказать историю, которую, возможно, вы скоро услышите в искажённом виде. Историю о молодой девушке, ошибках, манипуляциях и, в конечном счёте, о правде и ответственности.
Она сделала паузу, и в зале стало заметно тише — журналисты почувствовали, что речь пойдёт о чём-то необычном.
— Пять лет назад, когда мне было двадцать три года, я совершила ошибку, — Кира говорила медленно, взвешивая каждое слово. — Находясь в конфликте с отцом, я поддалась влиянию человека, которому доверяла — Григория Петровича Маркова, тогдашнего финансового директора "Север Групп".
По залу пробежал шепоток. Марков был известной фигурой в деловых кругах, и упоминание его имени в таком контексте сразу привлекло внимание.
— Марков предложил мне подписать документы, которые якобы должны были обеспечить мне финансовую независимость от отца, — продолжила Кира. — Будучи молодой, эмоциональной и, честно говоря, не слишком разбирающейся в финансах, я подписала эти бумаги, даже не прочитав их. Это была... глупость, которую я не могу оправдать ничем, кроме своей неопытности и желания досадить отцу.
Она сделала глоток воды из стоявшего на трибуне стакана. Даниил заметил, как несколько журналистов торопливо делают заметки, а оператор одного из телеканалов придвинулся ближе, чтобы лучше снять её лицо.
— Как выяснилось позже, я подписала вексель на предъявителя на сумму пятьдесят миллионов евро, — Кира произнесла эту цифру без запинки, и в зале раздались удивлённые возгласы. — Кроме того, в документах содержались формулировки, которые можно было интерпретировать как намерение использовать эти средства для корпоративного шпионажа и мошенничества.
Она снова сделала паузу, давая журналистам время осознать масштаб сказанного.
— Мой отец каким-то образом узнал об этом и, как я полагаю, выкупил оригиналы этих документов у Маркова, чтобы защитить и меня, и компанию. Он никогда не говорил со мной об этом, но я нашла копии в его сейфе после его смерти.
Кира на мгновение опустила взгляд, и Даниил видел, как трудно ей давались эти слова.
— Когда я стала CEO "Север Групп" после смерти отца, Марков начал намекать, что оригиналы всё ещё у него, и он может использовать их против меня. Это был один из способов контроля, которыми он пытался манипулировать мной и компанией.
Она выпрямилась, её голос стал тверже.
— Сегодня утром на заседании совета директоров "Север Групп" мы представили доказательства финансовых махинаций, которые Григорий Маркову осуществлял в компании на протяжении последних лет. Совет директоров единогласно проголосовал за его отстранение и начало внутреннего расследования. И сегодня же мы получили информацию, что Марков готовит публикацию, направленную на дискредитацию меня как руководителя "Север Групп" и наших ключевых сотрудников.
Кира обвела взглядом зал, и Даниил увидел в её глазах что-то новое — не отчаяние, не страх, а спокойную решимость.
— Я решила выступить перед вами сегодня, чтобы рассказать правду. Да, я совершила ошибку пять лет назад. Ошибку, которую не могу отменить. Но с тех пор я многому научилась, — её голос стал мягче. — Я научилась ценить наследие, оставленное отцом. Научилась слушать людей, которые действительно преданы компании. Научилась признавать свои ошибки и нести за них ответственность.
Она повернулась и кивнула сначала Анне, потом Даниилу.
— Благодаря поддержке профессиональной команды, особенно Анны Сергеевны Волковой и Даниила Александровича Романова, "Север Групп" сейчас находится в стабильном финансовом положении, несмотря на непростую экономическую ситуацию в отрасли. Мы продолжаем все ключевые проекты, включая "Полярную Звезду", и разрабатываем новую стратегию развития компании.
Кира сделала ещё один глоток воды, затем продолжила:
— Я выступаю перед вами не только как CEO "Север Групп", но и как человек, который учится на своих ошибках. Я не прошу забыть о моём прошлом легкомыслии. Я лишь прошу судить меня по тому, что я делаю сейчас и буду делать в будущем. И я обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы оправдать доверие нашей команды, наших акционеров и клиентов.
Когда она закончила, в зале на несколько секунд воцарилась абсолютная тишина — высшая оценка для публичного выступления. Затем поднялся лес рук с вопросами, но прежде, чем Кира указала на первого журналиста, она бросила короткий взгляд на Даниила. В этом взгляде он прочёл всё: благодарность, облегчение и удивление собственной смелостью.
Следующий час прошёл в вопросах и ответах. Журналисты были настойчивы, но Кира отвечала честно и прямо, не уклоняясь даже от самых сложных тем. Когда один из репортеров спросил о личных отношениях в руководстве компании — явный намёк на Анну и Даниила — она улыбнулась и сказала просто:
— Я считаю, что личные отношения между сотрудниками могут быть вполне совместимы с профессионализмом, если речь идёт о таких исключительных специалистах, как Анна Сергеевна и Даниил Александрович. Их работа говорит сама за себя.
Когда пресс-конференция завершилась, Даниил чувствовал странную смесь эмоций: гордость за Киру, облегчение от того, что план сработал, тревогу о том, что может предпринять Марков, и, сильнее всего, тёплую уверенность от присутствия Анны рядом.
Они втроём вернулись в боковую комнату, где Кира наконец позволила себе выдохнуть и опустилась в кресло, прикрыв глаза.
— Это было... нечто, — сказала она тихо. — Я не думала, что смогу.
— Ты была великолепна, — искренне сказала Анна. — Профессионально, честно, по-человечески.
— Согласен, — кивнул Даниил. — Ты выбила почву из-под ног Маркова. Что бы он ни опубликовал завтра, это будет выглядеть как мстительная реакция уволенного сотрудника.
Кира слабо улыбнулась, но в её глазах всё ещё читалась тревога.
— Как думаете, он отступит?
Даниил переглянулся с Анной. Они оба знали ответ, но не хотели говорить его вслух.
— Нет, — наконец сказал он. — Марков не из тех, кто сдаётся. Он будет искать другие способы атаковать. Другие рычаги давления.
— Но теперь мы готовы, — твёрдо сказала Анна. — И мы втроём сильнее, чем он думает.
Кира кивнула, выпрямляясь в кресле с новой решимостью.
— Знаете, — сказала она с лёгкой улыбкой, — впервые с тех пор, как я стала CEO, я действительно чувствую, что могу справиться. Что это не просто игра, в которой я притворяюсь руководителем.
Даниил видел в её глазах то же, что заметил во время выступления — проблеск того потенциала, который всегда видел в ней Виктор Северский. Потенциала, который начинал раскрываться под давлением обстоятельств.
Его телефон зазвонил, разрушая момент. Номер не определился, что само по себе было необычно.
— Даниил Александрович, — голос в трубке был незнакомым. — Меня зовут Сергей Игнатьев, я адвокат Григория Петровича Маркова.
Даниил выпрямился, делая знак Анне и Кире, что звонок важный.
— Слушаю вас, — сказал он нейтрально.
— Григорий Петрович просил передать, что ваша маленькая пресс-конференция его не останавливает, — адвокат говорил сухо, деловито. — Публикация выйдет завтра, как и планировалось. Но это только начало. У него есть информация, которая может представить определённый интерес для правоохранительных органов. Особенно касательно личной жизни некоторых сотрудников "Север Групп".
Даниил почувствовал, как внутри всё холодеет. Марков переходил на новый уровень угроз.