Анна видела, что Кира балансирует на грани искренней откровенности и привычной маски избалованной наследницы. Это был редкий момент уязвимости, который могу либо укрепить их отношения, либо, если отреагировать неправильно, снова отбросить к враждебности.
— Никогда не поздно научиться, — мягко сказала она. — Финансы — это просто инструмент, как любой другой. И если вы позволите, я могла бы помочь с основами.
Кира удивленно подняла брови.
— Вы предлагаете мне... уроки финансовой грамотности?
— Скорее стратегические консультации, — уточнила Анна, опасаясь, что зашла слишком далеко. — Чтобы вы лучше понимали, как Марков манипулировал цифрами, и могли защититься в будущем.
К ее облегчению, Кира не вспылила. Вместо этого она задумчиво кивнула.
— Возможно, вы правы, — сказала она после паузы. — Отец всегда говорил, что CEO, не разбирающийся в финансах, как капитан, не знающий, где находится руль.
Внезапно ее лицо изменилось, став серьезнее и собраннее.
— Но сейчас нам нужно решить более срочный вопрос. Марков не отступит. Вчерашнее столкновение только разозлило его, и он ударит снова, еще сильнее. Нам нужен план защиты.
Анна впервые услышала от Киры это "нам" — не приказ сверху, не делегирование ответственности, а признание общей цели. Это было неожиданно... и обнадеживающе.
— У меня есть некоторые соображения, — осторожно начала Анна. — Но многое зависит от того, насколько радикальные меры вы готовы предпринять.
— После того, что он сделал? — в глазах Киры появился холодный блеск. — Я готова на все. Этот человек предал моего отца, пытался уничтожить компанию и угрожал вашей сестре. Он не заслуживает пощады.
Анна никогда не видела Киру такой решительной и собранной. В этот момент она действительно напоминала Виктора Северского — того безжалостного стратега, о котором ходили легенды в деловых кругах.
— Тогда нам нужно действовать на опережение, — сказала Анна. — У нас уже есть доказательства финансовых махинаций. Теперь мы можем добавить к ним шантаж и угрозы. Но этого может быть недостаточно для полного отстранения Маркова от бизнеса.
— Что вы предлагаете? — спросила Кира, подаваясь вперед.
— Экстренное собрание совета директоров. Полный аудит всех проектов, связанных с Марковым. Временный запрет на его контакты с партнерами и клиентами компании. И, — Анна сделала паузу, — публичное заявление от вашего имени о реструктуризации руководства.
Кира задумчиво побарабанила пальцами по столу, обдумывая предложение.
— Смелый ход, — наконец сказала она. — Марков многих в совете директоров держит на коротком поводке. Не все поддержат такое решение.
— Именно поэтому нам нужно действовать быстро и решительно, — кивнула Анна. — Не дать им времени сговориться и выработать общую позицию. И... — она немного замялась, — возможно, стоит привлечь Даниила Романова. У него хорошие отношения со многими членами совета.
При упоминании Даниила в глазах Киры промелькнуло что-то похожее на понимание.
— Да, Даниил, — протянула она. — Наш тихий, но эффективный заместитель CEO. Который, кажется, проявляет особый интерес к вашему благополучию.
Анна почувствовала, как к щекам приливает кровь. Кира заметила ее смущение и слегка улыбнулась — впервые не насмешливо, а почти по-дружески.
— Не волнуйтесь, Анна Сергеевна. В отличие от Маркова, я не использую личные отношения как оружие. Но мне нужно знать обо всех факторах, которые могут повлиять на нашу стратегию.
Анна кивнула, оценив прямоту Киры.
— Между мной и Даниилом Александровичем исключительно профессиональные отношения, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Он помог мне с сестрой как коллега и как человек, обладающий определенными связями. Ничего более.
Кира выглядела неубежденной, но не стала развивать тему.
— Хорошо, — сказала она, поднимаясь. — Я созову совет директоров на завтра. А вы подготовьте все доказательства, какие у нас есть против Маркова — и финансовые, и касающиеся его... неэтичных методов ведения бизнеса.
Анна тоже встала, чувствуя странное облегчение от этого разговора. Словно между ними рухнула невидимая стена.
— Я все подготовлю, — пообещала она. — И... спасибо за понимание. Насчет моей сестры.
Кира на мгновение замерла, словно не привыкла к благодарности и не знала, как реагировать.
— Не стоит, — наконец сказала она. — Я знаю, что такое терять близких. И не хочу, чтобы кто-то проходил через это раньше времени.
Эта простая фраза, сказанная без драматизма и показной эмоциональности, тронула Анну больше, чем любые громкие слова сочувствия. В этот момент она увидела настоящую Киру Северскую — не избалованную наследницу, не эксцентричную бизнес-леди, а просто человека со своей болью и своими принципами.
Даниил ждал ее у лифтов, словно предчувствуя, когда закончится встреча с Кирой. В его взгляде читалось беспокойство, которое смягчилось, когда он увидел выражение лица Анны.
— Всё в порядке? — тихо спросил он, когда она подошла.
— Более чем, — кивнула Анна. — Кажется, у нас с Кирой Викторовной наконец произошел прорыв. Она... другая, чем я думала.
Даниил улыбнулся — той редкой, открытой улыбкой, которую он позволял себе только в моменты искренней радости.
— Я всегда говорил, что под всеми этими масками скрывается незаурядный человек, — сказал он. — Просто ей нужно было время и правильные обстоятельства, чтобы показать свою настоящую сущность.
Анна кивнула, разделяя его оценку.
— Мы готовим контрнаступление на Маркова, — сказала она. — Завтра экстренное собрание совета директоров.
— Смелый ход, — заметил Даниил. — Марков не ожидает такой оперативности.
— Именно на это мы и рассчитываем.
Они вместе направились в сторону ее кабинета, на ходу обсуждая детали предстоящего совещания. Коллеги, встречавшиеся им на пути, с интересом наблюдали за этим тандемом — финансовый директор и заместитель CEO, совсем недавно едва знакомые друг с другом, а теперь, казалось, читающие мысли друг друга.
В кабинете Анны их ждала стопка свежих документов. Даниил закрыл дверь, обеспечивая приватность разговора.
— Есть кое-что, о чем мы должны поговорить, — сказал он, и Анна сразу уловила изменение в его тоне. — О вчерашнем.
Анна напряглась. Она знала, что этот разговор неизбежен, но всё равно не чувствовала себя готовой.
— О том, как ты помог моей сестре, — кивнула она. — Даниил, я до сих пор не знаю, как благодарить...
— Дело не в благодарности, — мягко прервал он ее. — Я хотел поговорить о том, как ты воспринимаешь эту помощь.
Анна нахмурилась, не совсем понимая, куда он клонит.
— Вчера, — продолжил Даниил, — ты сказала, что не можешь принять такую помощь от меня лично. Что это создаст "сложности" между нами. Поэтому я оформил всё через корпоративный фонд. Но я хочу убедиться, что ты действительно принимаешь эту помощь, а не просто соглашаешься, чтобы успокоить меня.
Анна отвела взгляд. Он точно уловил ее внутренний конфликт — желание принять помощь, в которой так отчаянно нуждалась Оля, и одновременно страх оказаться в эмоциональном или финансовом долгу.
— Я ценю твою заботу, правда, — наконец сказала она. — Но мне сложно просто... принять такую сумму. Даже через корпоративный фонд.
— Что бы тебе помогло чувствовать себя комфортнее? — прямо спросил он.
Анна подняла глаза, встречаясь с его внимательным взглядом.
— Я могла бы выплачивать эту сумму фонду постепенно, — предложила она. — Как беспроцентный заем. Это было бы... честнее.
Даниил задумчиво кивнул.
— Если это поможет тебе принять помощь без внутреннего конфликта, я оформлю все необходимые документы, — согласился он. — Но я хочу, чтобы ты понимала: это не вопрос долга или обязательств. Иногда людям просто нужна помощь, и в этом нет ничего постыдного.
— Легко говорить, когда ты тот, кто помогает, — тихо заметила Анна. — Сложнее, когда ты на принимающей стороне.
— Я знаю, — неожиданно сказал Даниил. — Поверь, я знаю.
Что-то в его голосе заставило Анну внимательнее посмотреть на него.
— Когда мне было двадцать, — продолжил он, — мои родители попали в серьезную аварию. Отец погиб на месте, мать выжила, но нуждалась в длительном лечении. Я был студентом, без средств, с младшей сестрой на руках, которую нужно было содержать. И тогда Виктор Северский, с которым я только начал работать как стажер, оплатил все расходы на лечение матери. Просто так, без каких-либо условий.