– Дайте мне «Райскую молнию», – приказал он связистам.
Мрланку не спалось с вечера. Не давало покоя тревожное ощущение под ложечкой. Он привык доверять своим чувствам – возможно, именно благодаря этому «Молния» пережила все мясорубки войны. Но сейчас чувство было странным, далёким, ноющим где-то на пороге сознания. Словно то, что происходит – не здесь, но тем не менее непосредственно затронет его, Мрланка.
Т’Лехин, возникший на экране, не терял времени на приветствия.
– Мрланк, остаёшься за командующего. Я забираю своих и иду к Хао.
– Да вы что, с ума все посходили? – чуть не подпрыгнул шитанн. – Сначала Гржельчик, теперь ты! Что там за светопреставление?
– Вот-вот, – неожиданно подтвердил т’Лехин, не став отшучиваться. – Оно самое. Извини, Мрланк, мы уже потеряли одну планету. Чтоб мне к электрикам провалиться, если я опять такое допущу! Прощай.
Три линкора против шести драккаров. Да четыре досветовых катера. Офигеть флотилия, сказал бы Гржельчик. Интересно, у него-то что случилось? Впрочем, нет, неинтересно. Нельзя сейчас думать о чужих проблемах. Впереди – бой.
Линкоры вынырнули из радужных дырок в небе. Крошечные силуэты драккаров над жёлто-оранжевой поверхностью планеты с синими полосами были бы удобными мишенями, если бы не отделяющее их расстояние.
– Полную мощность на ускорители, – скомандовал т’Лехин. – По выходу на дистанцию уверенного огня – стрелять на поражение без приказа.
Глупо думать, что драккары их не заметили. Наблюдатели есть у всех, и они не зря кашу едят. Чфеварцы постараются разделиться. Трое, к примеру, свяжут боем маленькую мересанскую эскадру, а остальные подберутся к планете, чтобы нанести удар. Однако им навстречу уже стартуют катера. Легкому, слабо вооружённому катеру далеко до земного сторожевика, но т’Лехин надеялся, что они смогут хоть немного задержать чфеварцев, помешать им, что бы те ни задумали. В отличие от Хао, Мересань умела воевать.
– Герр Шварц, к нам идут два крейсера, – доложили со станции.
Отрадно, что командование не забывает о периметре, но до прихода крейсеров надо продержаться. Чфеварские кусачие шершни и эасские утюги настроены серьёзно, их цель – успеть продавить оборону до прибытия подкрепления, а там хоть трава не расти, будет уже всё равно. «Песец» и «Михалыч» двигались слаженно, поливая мощным огнём бронированных эасских монстров. Увы, броня у этих уродов крепка. Вёрткие драккары кружили, ускользая от лазеров, их пушки били, не переставая. Каманина охватило инстинктивное желание пригнуться. Удар сотряс корпус, корабль завертело.
– Два ускорителя по правому борту потеряно, – сообщение системы.
– Суки драные! – эмоционально охарактеризовав противника, Шварц заиграл ускорителями, гася крутящий момент.
– В нас попали? – Голос прозвучал сипло.
Шварц отмахнулся от Каманина:
– Фигня, прорвёмся. – И, разойдясь с «Михалычем», активировал дезинтегратор. С этим оружием главное – не попасть в своего. Никакие дефлекторы не спасут.
Ближайшая трирема распалась на половинки, словно сыр под ножом, и ещё надвое… Остальные рванули прочь, в стороны; неосторожный эасец, уходя от «Песца», угодил под дезинтегратор «Михалыча». Энергии надолго не хватит, но уж больно действенная штуковина, как в плане урона, так и морального давления на противника. Экипажи бронированных трирем, привыкшие к защищённости, сейчас в ужасе. Драккарам, падлам этаким, уворачиваться легче – порскнули из зоны обстрела, сманеврировали, и вот они уже на хвосте, лихорадочно лупят из турболазеров. «Песец» вильнул с траектории, поднажал, чтобы не подставляться своему же товарищу «Михалычу». Тяга по правому борту, потерявшему два ускорителя, была слабовата. Выругавшись, Хайнрих быстро вывел оставшийся правый ускоритель на максимум…
Температура в зоне горения достигла критической отметки, и притопленное наносолнышко проснулось. Активные частицы вспыхнули, ориентированная струя раскалённой плазмы насквозь пропорола топливохранилища и реактор питания дезинтегратора.
Ка Дин Хет участвовал в сражениях не первый раз. Когда сторожевые чудовища включили дезинтеграторы, он понял: численное преимущество ничего не значит. Этот бой не выиграть, в самом лучшем случае в нём не будет победителей. Он не отдал приказ отступать лишь потому, что у него было прямое указание координатора: биться насмерть. Это последний шанс Чфе Вара. И он продолжал стрелять, уже ни на что не надеясь.
Жуткая «Белая полярная лисичка» грозно развернулась, ускоряясь, канал дезинтегратора неумолимо смещался в направлении чфеварского флагмана. Ка Дин Хет попытался выскользнуть из-под невидимого ножа, бормоча молитву вперемешку с руганью. Сторожевик рванулся, закладывая крутой вираж – должно быть, на самой границе мощности. И вдруг…