Чмокнул шлюз, и Митышен вздрогнула. Если капитан Ччайкар увидит её в своём кресле, она не отделается ссадинами от ремня. Когда он недоволен – бьёт наотмашь, в полную силу, а то и ногами. Пока он ни разу её не ударил, но на Ыктыгела она насмотрелась, и пробовать не хочется.
Замешкавшись со своими костылями, она не успела сползти с кресла. Но это был не капитан. Вошёл Ихер Сим, хмыкнул, увидев, где она расположилась.
– Ты чего пришёл? – окрысилась она. – Напугал только!
– Пришёл и пришёл. – Гъдеанин пожал плечами. – Перед тобой, что ли, отчитываться?
Он полез в ящики с инструментом, косясь на неё. И чего косится? Майка сильно задралась, поняла она. Пыталась слезть, зацепилась. Ругнувшись под нос, она сделала движение, чтобы поправить майку, но её руку неожиданно остановила его ладонь.
– Оставь. – Голос звучал как-то напряжённо, и дышал он тяжело, словно не ящик с инструментами подвинул, а пару десятков мешков цемента отволок на десятый этаж. – Митышен, – вторая ладонь провела по её обнажённому животу, – можно мне?
– Что? – Она приподнялась, но он легонько толкнул её назад:
– Лежи!
Горячие руки судорожно шарили по её телу.
– Чего тебе надо, Сим? Отвяжись от меня!
И ещё что-то, кроме рук. Извращенец!
– Ради высших сил, не дёргайся. Полежи пять минут спокойно, как с Цхтамом, пожалуйста!
– Ты такой же чокнутый, как эти! – выкрикнула она. – Я-то думала, ты нормальный.
– Я нормальный! Нормальный, а не камень бесчувственный. Сил уже нет смотреть и зубами скрипеть. – Она не сопротивлялась, привыкла уже к шитанн, которые делают всё, что хотят, не спрашивая, но он пытался объяснить. – Я не старик и не импотент, я нормальный!
– Блин, Гржельчик! Ну и вид у тебя, только беременных женщин пугать. Может, не пускать тебя на корабль, от греха подальше?
– А при чём тут беременные женщины? – подозрительно осведомился Йозеф.
– Да это я так, к слову. – Шварц ухмыльнулся. Нельзя вываливать все новости разом. – Пошли, провожу. «Ийон» в доках стоит.
– Какого рожна мой крейсер делает в доках? – Йозеф забеспокоился, надевая шапку.
– Предпочитаешь, чтоб его ремонтировали у пассажирского терминала? – Ледяной ветер не отбил у Шварца охоту острить. – Обывателей, знаешь ли, нервирует этакий экстрим.
Ну и наказание же этот Шварц!
– Что ты сотворил с кораблём?
– Я его вообще не трогал, вот те крест! – поклялся Шварц. – К пульту даже не прикасался. Это всё пилоты и инженеры.
Нет, с ним решительно невозможно серьёзно разговаривать! Йозеф отвернулся от ветра и от Шварца заодно, пряча нос в меховой воротник.
– Да ты не волнуйся, Гржельчик, всё хорошо. У «Ийона» новый ГС-привод. Импортный. Сейчас его переподключают и тестируют.
– А старый, родной, куда делся?
– Выкинули на фиг. Мешался, понимаешь.
Йозеф заскрежетал зубами.
– Гржельчик, не психуй, тебе вредно. Или полезно? Тогда хрен с тобой, психуй.
– Ты можешь нормально сказать, что случилось с ГС-приводом? – прорычал Йозеф.
– Я и говорю нормально: выбросили. Честное слово! Кто хошь подтвердит.
Ну что ты будешь делать!
– Мать твою, Гржельчик! Когда в нас попали, и ГС-переход вразнос пошёл, привод пришлось сбросить. И не только его, иначе из дыры ни в жисть не выбрались бы.
Йозеф оцепенел. Встал, как вкопанный, даже о ветре забыл.
– Блин, я так и знал, – раздражённо проговорил Шварц. – Только в обморок не падай, хорошо?
– Так это был «Ийон»? – выдавил Гржельчик. – Тот крейсер, по которому Ен Пиран ударил у Мересань?
Он читал сводки новостей и обращение Салимы к Совету координаторов, выложенное в сети. Но название крейсера там не упоминалось. Он думал, тот крейсер погиб. А как же иначе? Он и предположить не мог, что…
– Господи! Как вы выкарабкались?
– С молитвами и матом, – буркнул Шварц. – Если интересует, за пультом были старпом Ассасин и мальчишка Принц. Обоим по ордену, документы на утверждении. Мальчишка получает старшего лейтенанта. Мать уже изворчалась, что я балую пацана наградами, но деваться некуда, подпишет.
– Что за Ассасин? – Йозеф не припоминал такого пилота. Новичок? И сразу – в старпомы?
– Я тебя с ним непременно познакомлю, – пообещал Шварц.