Он вызвал «Двенадцатый».
– Алекс, выпить надо. Приезжай ко мне, а?
– С ума сошёл? – вздёрнул бровь т’Лехин. – Самое время напиваться! Доложи о состоянии линкоров.
– Оба в порядке… Э, а с какой радости я тебе докладывать обязан?
– С такой, – натянуто произнёс мересанец, – что кто-то должен командовать объединённым флотом. И после гибели Джеронимо Натта это – я. У тебя есть возражения?
– Э… – Мрланк слегка затормозил. – Наверное, нет. – Всё так и должно быть, т’Лехин – более опытный адмирал, да ещё почти координатор, кому как не ему? И Гржельчик, уходя, именно его назначал взамен себя.
– А раз я командующий, – т’Лехин расставил все точки и чёрточки, – то ты ко мне и приезжай, если хочешь встретиться.
– Да пошёл ты к червям, – фыркнул Мрланк и отключил связь.
Вот же сноб надутый! Он состроил рожу, выражающую, по его мнению, худшие черты аристократов: вздёрнутый нос, презрительный прищур, брезгливо вытянутая губа. У каждого свой мусор в голове, у т’Лехина не меньше, чем у Такаши.
5.2. Глава 6
– Мама, нет! Я тебя умоляю!
Пока великий эмир Фейсал был под следствием, Эмираты находились под личным контролем координатора. Салиме здесь доверяли, именно она навела порядок в стране, когда была ещё юной девочкой. Но она больше не собиралась править в Абу-Даби. Нет нужды, ведь у Фейсала имеются наследники. Пусть не сыновья, но племянники.
Именно по этому поводу Фархад и переживал. Казнь дяди его абсолютно не смущала. Будь его воля, он бы собственноручно оторвал ему голову: и за «Ийон Тихий», и за Хайнриха Шварца, и вообще за всё. Но когда до него дошло, что он теперь является старшим мужчиной ан-Найян, и его ждёт опустевший трон, им овладела тихая паника.
– Мама, я не хочу!
Салима искоса взглянула на сына.
– Ты – законный наследник. Тебя знают и уважают в народе, ты – Герой Земли, кавалер боевых орденов. Абу-Даби признал бы тебя, будь ты хоть троюродным.
– Но я не хочу быть эмиром!
– Не капризничай, Фархад. Это твой долг. Многие полжизни отдали бы, чтобы оказаться на твоём месте.
– Это не моё место, мама! Я же зачахну на троне, я умру от тоски по космосу. У меня иное место в жизни. Я хочу служить в ГС-флоте. Там я принесу Земле гораздо больше пользы. Мама, я ничего не понимаю в том, как править страной, зато я хорошо разбираюсь, как управлять крейсером. Адмирал Гржельчик, может, по свежим впечатлениям порекомендует меня вторым на какой-нибудь корабль. А если отвлекусь на политику, то всё – корабль уйдёт, я растеряю квалификацию…
Салима вздохнула. А она, что ли, хотела становиться правительницей? Красивой любви и заботливого мужа, вот всё, чего она наивно желала в юности. Но жизнь повернулась так, что главным стало иное. Ладно, сердце не камень. Георг IX вынужден был послушать мать и отказаться от космоса из-за трона, но стал ли он счастливее? У Фархада всё же есть выбор.
– Могу поспорить, что у адмирала Гржельчика относительно тебя совсем другие планы. И он, насколько я успела узнать этого человека, слушать не захочет, согласуются ли они с моими. Хорошо. Готовь официальное отречение в пользу Фахима. Что бы мы ни решили, всё должно быть по закону.
– Спасибо, мама. – Сын с признательностью поцеловал её в щёку. – У Фахима получится гораздо лучше, правда. Ему всегда нравилась дурацкая экономика и политология.
Она поднялась, спрятав невольную улыбку, вышла из комнаты и минуту спустя вернулась, держа в руках ножны с мечом. Вынула клинок наполовину и протянула Фархаду.
– Возьми.
– Это меч адмирала т’Лехина? – Он осторожно прикоснулся пальцем к лезвию.
– Это меч адмирала Шварца.
– Почему ты отдаёшь его мне? – Он поднял бровь.
Он – наследник проклятого трона, но не наследник Шварца. Если бы адмирал Шварц женился на матери, когда Фархад был в нежном детском возрасте, это можно было бы переиграть. Но теперь он взрослый человек, готовый принц, и никому не интересно, чьим сыном он хотел бы быть. Даже состоявшаяся свадьба сейчас ничего бы не изменила.
– А кому? Не возвращать же обратно т’Лехину, Хайнриху это уж точно не понравилось бы.
– Сохрани для ребёнка, – предложил он, подавив вздох.