– Если это не повредит вашему имиджу, – сокрушённо промямлил Ртхинн.
– Абсолютно не повредит, – заверила она.
Т’Лехин, тот сразу понял, кто отец, не задавал идиотских вопросов и не подставлялся, вёл беседу разумно. Ну, почти разумно, если не считать налёта меланхолии с ноткой сумасшедшинки. Всплески безнадёжной влюблённости, прорывающиеся порой сквозь броню самообладания, слегка смешили, но не раздражали. Салима получила от обеда с ним настоящее удовольствие – не наслаждение кошки в игре с мышкой, а удовлетворение от продуктивного разговора. Т’Лехин изменился. Возможно, если бы она захотела заморочить ему голову, то сумела бы. Но она не стала начинать – в благодарность за высказанное сочувствие, за помощь у Гъде и Чфе Вара, за сегодняшний обед.
А Ртхинн попал. С головой в трясину ушёл.
Йозеф осторожно просунул голову в рубку. На вахте Джинн, и больше никого.
– Где это чудовище на двух ножках? – Он на всякий случай осмотрелся.
– Вы о капитане? – весело переспросил Джинн.
– Я о его сестре!
Интересно, Шварц в детстве таким же был? Бедные его родители, памятник им поставить.
– Она у кэпа в каюте, он ей косички заплетает.
Йозеф облегчённо вздохнул и, отлепившись от двери, подошел к пульту, вглядываясь в экран. Невооружённым глазом можно было различить крупную светлую точку – то ли корабль, то ли орбитальную станцию.
– Какие корабли в системе? – осведомился он.
– Два наших крейсера, командующий, – с готовностью отрапортовал Джинн. – Это «Джеронимо Натта». – Он ткнул в точку. – «Алексея Смирнова» от нас заслоняет диск планеты. Дальше торчит трирема Эас, от них челнок пошёл на посадку. Ещё местные досветовые лоханки – два райских сторожевика в дрейфе, грузовик пилит с астероидов.
С кем бы поболтать, подумал он ностальгически. Главнокомандующий нечасто выходит в рейды, его главное дело – прохлаждаться на Земле, читать сводки, слушать доклады штабных… Когда он последний раз вызывал по радио потенциального противника? вообще хоть кого-нибудь из чужих? Может, эасцев подразнить?
– Вызови трирему, – приказал он.
Одно из окон экрана подёрнулось полосами, появилось изображение чужой рубки.
– Девятая трирема Эас, вахтенный пилот Кор Левен, – представился мужик в тунике и шапочке с пером.
– Крейсер Земли «Хайнрих Шварц», главнокомандующий Йозеф Гржельчик, – отозвался он и прищурился. Что-то больно уж мускулистым показался инопланетянин в эасской одёжке, и имя нехарактерное. Опаньки! Да это же гъдеанин. – С каких пор гъдеане служат во флоте Эас?
– С тех самых, как у нас нет своего, – мрачно процедил Кор Левен. – По вашей милости!
– А нечего было с тьмой заигрывать, – абсолютно не смутившись, парировал Йозеф. – Довыпендривались. И как оно, у эасцев-то?
Гъдеанин обиженно посопел. И хотелось бы высказать землянину в обсценных терминах, куда ему идти, но приходилось выбирать выражения. Хозяева-эасцы ссориться с землянами не позволят. В особенности на орбите Рая, куда они привезли собственного координатора. Тут надо дипломатию соблюдать, а ежели что выйдет не так – шапку снесут вместе с головой. Будь перед Кором Левеном кто другой, попрощался бы вежливо, отключился и не отвечал на вызовы. Но этот адмирал с непроизносимой фамилией – персонаж легендарный. Жертва, о которую колдуны обломали зубы, командир, выигрывавший при безнадёжных раскладах, ныне – главнокомандующий ГС-флотом Земли. Не так важно, на какой стороне он воевал; если подобная личность снисходит до разговора с пилотом чужого корабля, грех не поддержать беседу – потом будет что рассказывать коллегам.
– Дерьмово, – признался он нехотя. – Платят по минимуму, повышают в последнюю очередь. Может, к себе возьмёте? – с кривой усмешкой поинтересовался он. – У вас ведь во флоте служат инопланетяне, я на «Джеронимо» эасца видел.
Гржельчик понял, о ком он говорит: Согиро Тастекей по прозвищу Киборг, которого пригрел Миленич. Киборгом его прозвали, когда он напугал какого-то торговца с Дисмикка, сняв тёмные очки; обнаружившиеся под ними объективы с подвижной диафрагмой показались дисмиккиту похожими на дула орудий, и тот под впечатлением намочил штаны. Торговец накатал жалобу, которую Гржельчику пришлось рассматривать, вот он и запомнил. А в резолюции, конечно, написал, что ничего противозаконного или оскорбительного в действиях вахтенного пилота не усматривает. Каждый имеет право снять очки в любой момент, это же не трусы. А торговец сам виноват: с такой нежной психикой надо дома сидеть, а не болтаться по космосу и препираться с патрулями.