Под взглядом капитана Митышен судорожно съёжилась и непроизвольно прикрыла локтями живот.
– Ты ведь стрелок, девка? – требовательно спросил он. Так, что если бы она вдруг оказалась не стрелком, впору самой на нож кинуться, чтобы избежать мучений.
– Д-да, господин Ччайкар, – пролепетала она.
– На обломке есть орудия. Вроде бы, исправные или почти исправные. Разберёшься с ними, – поставил он задачу. – Подключим энергию, опробуешь. Пушки нам не помешают.
Сердце сжалось.
– В кого мы будем стрелять?
– Куда прикажу, туда и выстрелишь! – В голосе лязгнул металл. – Или у тебя другое мнение?
– Нет, господин Ччайкар, – поспешно ответила она. – Как прикажете.
– Так бери костыли и отправляйся туда немедленно!
Митышен подхватилась, не смея задержаться ни секунды, захромала к выходу… Только как же она со своими ногами влезет в скафандр и преодолеет шлюз? Обломок пристыкован неудачно, хуже, чем истребитель, надо далеко идти по безвоздушным неотапливаемым коридорам. В вакуумном скафандре на костылях?
Ихер Сим, вернувшись на «Звезду», застал Митышен тихо плачущей в раздевалке, рядом со скафандром.
– Ты чего? – опешил он. – Кто обидел?
Глупый вопрос! Цхтам или Ччайкар, не Ыктыгел же. А этим двоим он всё равно ничего не сделает.
– Никто! – огрызнулась она и пожаловалась: – Не могу скафандр надеть.
– Зачем тебе? – удивился он. – Куда собралась?
– Туда, на обломок. – Она сердито стёрла слёзы. – Господин Ччайкар приказал. А я не могу. Он меня убьёт! Запинает ногами, и буду неделю умирать.
– Брось ты. Какой ему смысл убивать тебя?
– А зачем я ему живая?
– Ты зато Цхтаму нужна, – произнёс он ободряюще. – Он не даст тебя убить.
– А господин Ччайкар и не спросит! Он же капитан. – Она снова всхлипнула. – Сим, я не боюсь смерти. Пусть бы пристрелил. Только не так!
Ихер Сим вздохнул.
– Да успокойся ты. Помочь?
– Опять ты будешь меня трогать! – расстроилась она.
Дома она никому не давала себя трогать. И сама не трогала никого. Незачем лишний раз прикасаться к телу, ни к своему, ни к чужому, так учили её всю жизнь. А тут, как назло… Сумасшедший господин Цхтам; Сим со своим назойливым мытьём – она предпочла мыться сама, как только физически смогла, и постаралась скорее встать на костыли, чтобы он не ворочал её своими руками. И вот опять придётся на него опереться, позволить прикоснуться к себе.
– Тебе что, нравится меня трогать? – спросила она ворчливо.
Он засмеялся и причмокнул губами:
– Оч-чень! Да брось хмуриться, Митышен! Неужели тебе так уж не нравится, когда тебя трогают? – Он нежно провёл ладонью по её предплечью.
Она отдёрнула руку и насупилась:
– Я не знаю! Но это противно природе.
– Природе противно, если трогать грязное тело. – Он опять взял её за руку и не дал выдернуть. – А от чистого природа млеет. Помочь? – снова предложил он. – Или принять от меня помощь ужаснее, чем умереть под ботинками Ччайкара?
Митышен передёрнулась.
– Помоги мне, Сим. – Голос был жалобным. – Если тебе не трудно. Не обижайся, ты вовсе не противный. Просто ну нельзя же так…
– Можно, – возразил он. – Ещё как можно.
Перешагнув высокий порожек шлюза, Эст Унтли слегка ожила, несмотря на мушки, мелькающие перед глазами. Какое же это счастье, когда рядом нет ни одного ужасного кровососа! Сегодня никто её не укусит. Она на земном крейсере, в полной безопасности.
Землянин был пьяным и весёлым, немного неуклюжим и совсем не страшным. Его объятия были горячими, не то что ледяные руки шитанн, отбирающие жалкие остатки тепла у её обескровленного тела, с трудом способного себя согреть. Он улыбался, и гладил её нежно, и щекотал, чтобы рассмешить, и зацеловал всю, с головы до ног. И говорил что-то на своём языке, а она жалела, что не понимает, но почему-то не осмеливалась прервать, из рефлекторной робости. Только старалась изо всех своих небольших сил, чтобы он остался доволен. Когда он уснул, повернувшись на другой бок, она придвинулась поближе, прижалась к тёплой спине, закрыв глаза и греясь. Сон, сморивший её, был не кошмаром и не болезненным забытьём без сновидений; ей снилось что-то приятное, только после она не вспомнила, что.