И, уже отворачиваясь, добавил:
– Если останется непонятным – оба прощайтесь с «Ийоном». Здесь эскадра т’Лехина, можете убираться на любой корабль.
Промахнуться мимо земного рудника было невозможно – он сиял огнями прожекторов на многие километры вокруг. С высоты эти лоскуты света среди сплошной черноты были отлично видны. Кетреййи, сопровождавшие Ортленну, восхищённо зашептались между собой – клёво!
Путь был долгий. С несколькими посадками на океанском льду, застывшем торосами. Был ли в этой поездке смысл? С точки зрения производства – нет. Всё, что интересовало Объединённую горную компанию, находилось на материке Элихан, остальное ей не принадлежало. Границы и отношения определены. Но чисто по-человечески, познакомиться с коллегами, ведущими добычу на соседних континентах, было бы не лишним. Пока это возможно. Пока воздух достаточно плотен, чтобы держать аэромобиль. Пройдёт какое-то время – и атмосфера замёрзнет, о воздушных перелётах придётся забыть. Будущее местного транспорта – медлительные вездеходы со шлюзами, за пределами которых можно будет передвигаться только в вакуумных скафандрах.
Ортленна направила машину вниз. Экскаваторы останавливались, из кабин высовывались замотанные шарфами лица, вглядывались в тёмное небо, ища источник шума. Активировались стационарные посты охраны, ожило радио.
– Назовитесь, – потребовал неуловимо знакомый голос.
– Ортленна Лис, – отозвалась она. – Директор мересанского филиала Объединённой горной компании Шшерского Рая. С соседским визитом. Пустите?
– Госпожа Ортленна? – изумился собеседник. – И вы здесь? Это Нгири Хобонда, начальник охраны. Конечно, пустим. Садитесь на любую свободную площадку.
Дула зенитных орудий поползли вниз. Отбой тревоги. Нгири хорошо помнил Ортленну, на Нлакисе она частенько приезжала в гости к Зальцштадтеру. Редко по делу, чаще просто так. То они вдвоём уматывали куда-нибудь на вездеходе «погулять», то часами сидели в кабинете Зальцштадтера за разговорами, и наверняка не только сидели… Во всяком случае, равнодушие директора к гъдеанским женщинам Нгири мог объяснить только одним: ему хватало Ортленны.
Нгири вышел её встретить. Кивнул белобрысым телохранителям – мозгов у них, может, и немного, но оружием владеют, силы этим плечистым здоровякам не занимать, а главное – ни за что не предадут.
– Госпожа Ортленна, какими судьбами? – Он деликатно, под одобрительными взглядами телохранителей, приложился губами к её варежке. – Рад вас видеть.
Она тоже была рада. Ехала к незнакомым людям, а встретила знакомца – и на сердце потеплело. Нгири Хобонда и на Нлакисе был неизменно приветлив и предупредителен, но особого внимания она не обращала: такая у человека работа – встречать и выказывать дежурное расположение от имени своего нанимателя. А вот руку он ей поцеловал впервые.
– Что это за поцелуй – через варежку? – засмеялась она. – Вы, наверное, из тех, кто занимается сексом в презервативе.
У Нгири запылали щёки. Подземные духи! Вампирка была хороша, бледное лицо и красные глаза её ничуть не портили.
– Зачем так говорить, если не знаете? – Он аккуратно снял с её руки варежку и поцеловал прохладную ладонь. – Сначала попробуйте.
Он всегда считал её женщиной Зальцштадтера. Вёл себя корректно, сдержанно... Да с какой стати? Директор не дал себе труда проявить мало-мальское внимание к его личной жизни. Почему он должен заботиться о чувствах Зальцштадтера? В его контракте ничего об этом нет.
Ортленна размышляла недолго.
– Здесь слишком холодно, господин Хобонда. Проводите меня куда-нибудь… в более подходящее место. В этом деле комфорт лишним не бывает.
Йозефу было ужасно неловко перед дочкой. Но Хелена ничуть не расстраивалась оттого, что папа уехал без неё. На «Молнии» ей безумно понравилось. Необычная вкусная еда, интересные люди в непривычных одеждах, и никто ни разу не посмотрел на неё свысока, как на дурочку. Хотя посмеяться было над чем: например, она долго не могла понять, как открыть сок в странной упаковке. Ей просто показали, как надо, и всё.
А адмирал Мрланк был прямо-таки волшебником из сказки. То, что она раньше считала мерзким и неприятным, в его исполнении оказалось чудесным, и восхитительным, и… Она слов не могла подобрать, со словарным запасом у неё было не очень. Ей даже не хотелось уезжать. А ему не хотелось отпускать её, она это чувствовала. Но пришлось, потому что папа беспокоился. Она полдня промучилась, пока ей в голову не постучалась великолепная мысль, как сделать так, чтобы она была с Мрланком, а папа при этом не волновался.